В день акции 4 октября в призыве Муртаза Зоделавы не было никакого насилия. Он сказал: «мы должны взять ключи», и сказал это потому, что власть захвачена. Мы двинулись к президентскому дворцу. Когда мы прибыли, ограждение уже было повалено, и мне стало ясно, что всё это было заранее спланировано, - заявил на судебном заседании один из обвиняемых по делу об акции 4 октября, политик Ираклий Надирадзе.

По его словам, он не участвовал в какой-либо организации. По объяснению Надирадзе, в процессе анонсирования акции 4 октября были задействованы уважаемые люди: певцы, врачи, художники и др., но лично он не был вовлечён. По его словам, во всех телевизионных эфирах он говорил, что не является организатором акции 4 октября 2025 года.

«Именно этими словами я говорил, что организатором акции является проспект Руставели, и что план находится в руках народа.

Что касается самого 4 октября, я припарковал машину на улице Александра Чавчавадзе и пошёл к парламенту, думал, что там сцена. Когда я пришёл, мне сказали, что сцены здесь нет, сцена находится на площади Свободы, и я направился на площадь Свободы. Придя туда, мне сказали, что заявление будет сделано в 16:00. Через некоторое время журналист позвонил мне и сказал, чтобы я пришёл на улицу Бесики, в офис бизнес-центра, для записи комментария.

Я пришёл, снимали фото в фойе внизу (надеюсь, это было первое фото и не последнее). Потом пришёл господин Паата, и я обнаружил, что он тоже пришёл для записи. Потом всё это сменилось на видео. Мы сняли это видео. Я там ничего не говорил, я не был в курсе дела, поэтому. Я также не отходил в сторону, потому что там ничего не говорилось. После этого мы вышли на улицу и пришли к пересечению улиц Бесики и Руставели. Насколько я знаю, в этом так называемом офисе не проводился обыск… Я оставил этих людей и направился к площади Свободы, потому что журналисты снова попросили меня для записи… На акцию действительно шло море людей.

Так как начало акции задерживалось, я поднялся на сцену и сказал, что идёт множество людей, в том числе из регионов. В этом заявлении я говорил обо всех политических заключённых, в том числе о Михаиле Саакашвили, Леване Хабеишвили, Мзии Амгалобели, что они должны быть освобождены. В том же заявлении я сказал, что основное слово скажет Паата Бурчуладзе. Господин Паата вышел и зачитал декларацию. Это был там главным посылом.

После этого на сцену вышел Муртаз Зоделава. Честно говоря, это заявление было неожиданным, но часто так бывало, когда во время акции мы направлялись то к канцелярии, то еще куда-то и т. д.

В его призыве не было никакого насилия. Он сказал: «Возьмём ключи», и сказал это потому, что власть захвачена. Мы двинулись к президентскому дворцу. Когда мы прибыли, ограждение уже было повалено, и мне стало ясно, что всё это было заранее спланировано. Я ранее работал в президентском дворце и знаю, как всё устроено, что повалить ограждение непросто. Ограждение, которое должно было быть особенно защищено, было повалено. Потом люди уже находились во дворе. Мне стало ясно, что людей будут задерживать. Сознательно, с голыми руками, с искренним сердцем я перешёл через это ограждение. Я своими глазами видел, как участники акции на руках несли одного из полицейских, чтобы оказать ему помощь, он был там без экипировки. Именно таких людей власть объявляет насильниками. Я не видел ни Паату Манджгаладзе, ни Муртаза Зоделаву, после этого я направился к парламенту», - заявил Ираклий Надирадзе.

Кроме того, он заявил, что у него нет никаких контактов с другим обвиняемым Ираклием Шаишмелашвили. По словам Надирадзе, он издалека уважает Шаишмелашвили, который изобличает власти.

Надирадзе также заявил, что не знает и Нану Сандерс, а одного из обвиняемых, Лашу Беридзе, он вообще встретил уже в изоляторе.