Арчил Гегешидзе - Число признавших Сухуми и Цхинвали стран может увеличиться, но это не будет иметь значения в плане их становления субъектами международного права
О том, каковы шансы России добиться признания независимости Абхазии и Южной Осетии странами Южной Америки и Африки, что это изменит в правовом смысле, а также о том, какая реакция должна быть у грузинской стороны на осторожный подход Запада к России после августовской войны, и что может означать игнорирование Россией требований международного содружества, «ИнтерпрессНьюс» беседует с политологом Арчилом Гегешидзе.
- Батоно Арчил, маловероятно, что страны Евросоюза изменят позицию в связи с признанием независимости Абхазии и Южной Осетии, но каковы шансы России добиться признания независимости Абхазии и Южной Осетии странами Южной Америки и Африки?
- Сложно оценить такую вероятность, но не исключено, что со временем к числу признавших Абхазию и Южную Осетию прибавится несколько стран. Мы должны быть готовы к этому. Я предполагаю, что со временем может набраться 8-10 таких стран. В современном мире меняется конъюнктура, баланс сил, приоритеты, и не исключено, что к числу признавших этих регионов прибавится несколько стран. Это может быть Куба или какая-либо другая такая страна, где влияние Запада сравнительно невелико, а у России есть рычаги оказать влияние на правительства такого типа. Это могут быть льготы в торговле военной техникой, энергоснабжении или других вопросах. В этом плане у нас должна быть разработана определенная позиция. То есть, что мы будем делать в таком случае, как будем относиться к таким странам, создавать из этого трагедию или относиться к этому спокойно. Это зависит и от того, какие страны их признают. Если кто-то и признает, то, наверное, это будут страны, имеющие низкий вес в международной политике. В правовом смысле это не будет иметь значения в плане их становления субъектами международного права.; Абхазия и Южная Осетия не смогут стать членами, ни ООН, ни одной международной конвенции. Это признание ничего не изменит для Абхазии и Южной Осетии.
- Как видно, очередная сессия ассамблеи Евросовета, заседание которой намечено в конце месяца, учитывая сбалансированную политику и «реалполитику» в отношении России, примет очередную резолюцию. То есть, Россию не лишат права голоса и не применят к ней никаких санкций. Какой может быть реакция грузинской стороны в таком случае?
- Здесь тоже можно только высказывать предположения о том, на какие санкции может пойти Евросовет. Сегодня говорят о том, что Россия может быть лишена в Евросовете права голоса. У России есть средства для шантажа Совета Европы, она может сказать, что совсем прекратит свое участие в Совете Европы, чего колеблющиеся европейцы могут немного испугаться.
Поэтому я думаю, что для того, чтобы отсрочить этот вопрос, будут приняты решения, которые, с одной стороны, оставят Грузии надежду на строгие санкции в отношении России, а с другой стороны, дадут надежду России, что со временем Евросоюз может ослабить остроту этих вопросов.
- То есть, обе стороны останутся в плену иллюзий?
- Давайте не будем называть это иллюзиями. По-моему, будет принято такое решение, которое даст обеим сторонам возможность маневрирования и интерпретации резолюции в свою пользу перед внутренней аудиторией. Это, конечно же, не повлияет на реальную политику. Какое бы решение не принял Совет Европы, каким бы обязательным ни были его решения, Россия их не выполнит.
- Какая реакция может быть у Венецианской комиссии на решение российской Думы о применении российских войск в других странах для защиты граждан?
- Поведение России, это своеобразный вызов международному содружеству и системе международного права. Между прочим, у России есть аргументы для такого поведения. Первые колебания системы международного права вызвали действия Запада и некоторых стран. Все началось с Косово, с бомбардировки Сербии Североатлантическим альянсом в 1999 году, и завершилось признанием независимости Косово в 2008 году. Россия пользуется этим аргументом - если можно другому, почему нельзя мне? Надо сказать, что на Западе - не ангелы, и они тоже ошибаются. Россия использует ошибки Запада в свою пользу. Мы имеем дело с такой обстановкой, когда устойчивость международного права больше не несомненна и это хуже и опаснее всего для маленьких стран. Именно с учетом этого, мы должны строить наши дальнейшие планы.
- В политических кругах России любят говорить о многополярности мира. Насколько вероятно формирование в; мире второго полюса вокруг России или с ее участием?
- Если мы допустим, что мир переходит с однополюсной системы на двух или многополюсную систему, то одним из полюсов, конечно, будет Россия. Хотя бы потому, что Россия является второй в мире ядерной державой. Россия будет одним из полюсов, даже если будет очень слабой в экономическом плане. Во всяком случае, она сохранит право вето в Совете Безопасности ООН и ведущую позицию в других международных организациях. Другой вопрос в том, будет ли этот полюс равноправен главному полюсу, в данном случае, Соединенным Штатам. Все сравнительно, поэтому другим предполагаемым полюсом можно подразумевать Китай или других региональных игроков.
«ИнтерпрессНьюс»
Коба Бенделиани
;
;
