Рамаз Сакварелидзе – Мирные инициативы России могут оказаться западней, а не политической реальностью
О важнейших событиях 2009 года во внутренней и внешней политике страны, о результатах противостояния и сотрудничества власти и оппозиции, о главных ошибках, допущенных властью и оппозицией, а также о перспективах 2010 года "ИнтерпрессНьюс" беседует с политологом Рамазом Сакварелидзе.
- Батоно Рамаз, по вашему мнению, какое событие было важнейшим во внутренней политике Грузии в 2009 году и почему?
- Не буду оригинальным, так как многие эксперты считают, что в 2009 году важнейшими в политической жизни страны были т.н. апрельские события. Разумеется, при оценках акцент делается на разных компонентах, но их значение всем очевидно. Я бы выделил то обстоятельство, что эта была самая длинная акция, которая продержалась так долго не столько усилиями лидеров оппозиции, сколько прочностью оппозиционного заряда в самом обществе. Эти акции были важны тем, что оказались мерилом существующего в обществе настроения.
- Что можно считать важнейшим для Грузии событием 2009 года во внешней политике и какое влияние оно оказало на международное положение Грузии?
- Во внешней политике много значимых фактов. Оформленная с Америкой хартия о стратегическом сотрудничестве сама по себе позитивна; на встречах высшего уровня грузинская тема была актуальной в взаимоотношениях Россия-Америка, НАТО-Россия, но к сожалению, это не принесло реальных результатов.
Во внешней политике в 2010 году очень важное для Грузии продолжение могут получить события, имевшие место на Кавказе. Я имею в виду улучшение турецко-армянских отношений. Трудно прогнозировать, как продолжится этот процесс, мы знаем, что сейчас он, с определенной точки зрения, зашел в тупик, но к 2010 году этот узел как-то должен развязаться. Мне кажется, что для региона в целом и для Грузии, как одной из ведущих стран региона, процесс будет весьма важным. Важнейшим для Грузии событием внешней политики 2009 года я бы считал именно начало сближения Турции и Армении.
- Какую ошибку допустила грузинская власть во внешней политике в 2009 году?
- Главную ошибку власти в этом году трудно выделить от допущенных ранее ошибок, я имею в виду август 2008 года, связавший власть по рукам во многих отношениях. Медиа много говорила о заключении Тальявини. Факт, что до и, особенно, после опубликования заключения комиссии Тальявини грузинские государственные деятели редко появляются на международной арене. Очевидно, что Запад избегает таких взаимоотношений с Грузией, которые дали бы Грузии возможность какой либо политической инициативы. Ясно читается недоверие к Грузии и этот фон, к сожалению, продолжается до сих пор. Если говорить об ошибке 2009 года, это, наверное, то, что грузинская власть не подобрала ключ к перемене климата в отношениях Запада с Грузией. Это представляет большую сложность для страны.
- А что в 2009 году было ошибкой внутренней политики?
- Что касается внутренней политики, ее тема снова связана с апрельскими событиями. Тогда власть проявила способность маневрирования и действовала довольно эластично. Это не значит, что она восприняла этот процесс с демократическим рвением. Сами знаете, что с наступлением темноты на улицах воцарялся стиль ноябрьских событий 2007 года. Однако факт, что власть преодолела желание применить силу, которое ясно читалось, и попыталась предстать перед населением Грузии и международным содружеством, как терпеливая власть. К тому же, после августовской войны это было нужно ее имиджу. Власть знала, что Запад не простит ей насилия. В то же время, действия власти оказались довольно эффективным стратегическим замыслом. Имеется в виду то, что безрезультатность акций сделала возможным их завершение. Власть довольно эффективно осуществила этот замысел. Люди устали; от каждодневного повторения одной и той же ситуации, что окончательно решило судьбу акций.; Так что, на этом весьма сложном этапе внутренней политики власть проявила стратегическое мышление и способность довести эту стратегию до конца.
- Россия никогда не "обделяла вниманием" Грузию, но сейчас грузинские политические круги также активизировались по отношению к России. Как бы вы оценили процесс активизации и то, что вместо начала деоккупации Грузии со стороны России сейчас стала актуальной тема начала диалога с Москвой? И вообще, что может нам сулить переход на режим диалога с Кремлем?
- Политика перехода на режим диалога идет не только со стороны России, и это ясно видно из выступлений Медведева и Путина. Запад несколько раз повторил рецепт, что Грузия должна урегулировать отношения с Россией и только после этого можно будет говорить о западном векторе страны, в частности, о НАТО. Можно было предположить, что события будут развиваться в этом направлении. Хотя бы потому, что политика перезагрузки Обамы подразумевает, что не только Америка, но и ее партнеры должны заботиться о политике того же стиля.
С другой стороны, Россия желает подправить испорченный после августовских событий имидж. В августе 2008 года; Россия добилась, чего хотела, не только в смысле аннексии. Речь идет о желании России напугать мир, чтобы на международной арене с ней считались. Сейчас Россия хочет снять отрицательные стороны этого имиджа, так как под влиянием страха Запад начал искать альтернативных энергодоноров и Россию это явно не устраивает. Предполагаю, что Россия будет продолжать мирную политику в отношении Грузии, не исключено также, что она попытается повернуть августовскую аннексию так, чтобы найти мирное решение этой проблемы, как и Карабахского конфликта.
Повторяю, Россия делает это не потому, что для нее важна Грузия, а потому, что хочет сменить имидж белого медведя на образ белого голубя. Россия хочет, чтобы Западу не в чем было упрекнуть ее в связи с августом 2008 года. Есть еще один интерес, связь которого с августовскими событиями трудно уловить, но факт, что после августа ситуация на северном Кавказе еще больше накалилась и эти процессы последовали друг за другом.
Если со стороны Кремля будет продолжаться конфронтационный стиль отношений с Кавказом, не исключено, что это вызовет еще больше ответной конфронтации. Возможно, Россия подумает об уменьшении конфронтационной стратегии со стороны Кремля.
Эти мотивы существуют и на их фоне не исключено, что мирные инициативы России будут продолжаться и в 2010 году, однако мы все должны помнить, что эти инициативы могут оказаться западней, а не политической реальностью, приманкой, а не реальным желанием мира. Так что, возможно, в будущем со стороны России будут предложены более сложные дипломатические игры, чем существующая до сих пор простая конфронтация.
- По вашему мнению, каким будет 2010 год для внутренней и внешней политики Грузии?
- Во внутренней политике сейчас переходный период, то есть, внутриполитические силы еще не решили, какой будет их будущая политическая жизнь. Ведущей темой будет участие в избирательной системе. Оппозиция считает вопрос выборов тбилисского мэра краеугольным камнем своей деятельности, так что эмоции, наверное, снова будут концентрированы на этих выборах. Оппозиция может оказаться перед такими же интеллектуальными и концептуальными сложностями, как в 2009 году, когда журналисты спрашивали лидеров оппозиции – что собираетесь делать, если власть поступит не так, как вы считаете? – а у оппозиции не было ответа. Сейчас возникает тот же вопрос – снова неизвестно, что собирается делать оппозиция, если события будут развиваться не так, как думает оппозиция, если в результате выборов ведущие места снова займут "националы" или должность мэра не окажется тем местом, с которого можно вести будущую политическую борьбу. Так что, оппозиции еще многого не хватает с точки зрения разработки концепции борьбы. Что касается власти, она контролирует ситуацию, у нее нет мотивов для внутриполитических изменений и, тем более, в условиях 30-процентного барьера имеет большой шанс достичь на выборах своих целей.
Что касается международной арены, предположительно, будет продолжаться сложный курс в отношениях с Россией, однако никто не может сказать, какой конкретно вид примут эти отношения. Что касается взаимоотношений с Западом, изоляция Грузии снова будет для нас одной из болезненных тем. Если в результате активности России региональная политика на Кавказе изменится и Турция добьется определенных успехов в этом регионе, можно предположить, что интересы Турции и России будут противостоять друг другу. Это возродит тот фон напряженности, который может иметь существенное значение для Грузии и открыть ей новую арену для новых политических ходов. Я именно в региональной политике жду новшеств и новых вызовов для Грузии, во время которых грузинской дипломатии придется выполнять важную роль.
Коба Бенделиани
"ИнтерпрессНьюс"
