Общественность должна потребовать от парламента формирования независимой следственной комиссии для изучения событий 26 мая
О перспективах формирования независимой следственной комиссии в связи с событиями 26 мая «ИнтерпрессНьюс» беседует с адвокатом Лией Мухашаврия.
- Калбатоно Лия, результаты разгона акции протеста перед зданием парламента в ночь на 26 мая - в центре внимания не только грузинского общества. Госдепартамент США, Amnesty International и другие международные организации призывают власти Грузии обеспечить расследование инцидентов 26 мая. Расследования произошедшего потребовали от властей грузинские политические партии и неправительственные организации. Однако власти по этому поводу пока хранят молчание. Есть ли в нашем законодательстве механизм, обеспечивающий формирование независимой следственной комиссии по требованию общественности? И еще – кто должен создать такую комиссию, и каковы могут быть ее полномочия?
- Решения Европейского суда по делам Цинцабадзе и Гиргвлиани касаются нарушения права на жизнь, но независимого, непредвзятого и действенного расследования по этим делам, как этого потребовал Страсбургский суд, не было. Европейский суд практически подтвердил, что в Грузии существует проблема расследования, поэтому и мы сейчас говорим о проблеме расследования.
Естественно, должно быть проведено независимое расследование событий 26 мая. Ведь объективное расследование событий 26 мая возможно только в том случае, если следственная комиссия будет действительно независимой. Независимость комиссии подразумевает то, что входящие в нее лица не должны быть публичными чиновниками, не должны получать госбюджетную зарплату, да и по своей службе не должны зависеть от государственных органов и публичных служб. Выполнить это условие возможно только в случае, если среди этих людей будут бывшие судьи, прокуроры, следователи, хорошо известные обществу люди - те, которые пользуются доверием общества, и в добросовестности и непредвзятости которых оно не сомневается. Обычно такие комиссии создаются одноразово, то есть для расследования одного конкретного дела. Комиссии дается легитимное право на расследование дела. А это означает, что от ее деятельности должны быть правовые результаты; у нее должно быть право запрашивать материалы дела, допрашивать свидетелей. У нее должно быть право подшить материалы дела и затем отправить их на рассмотрение суду.
Если у следственной комиссии будут подобные полномочия, и в нее будут отобраны люди, которым общество действительно доверяет, доверяет расследование такого важного дела, как обстоятельства разгона демонстрантов 26 мая, тогда уже можно будет говорить о том, что подобный прецедент в Грузии создан. В странах современного мира подобные прецеденты встречаются часто. Подобные примеры были в странах Латинской Америки, в ряде европейских стран.
Наше законодательство прямых механизмов создания такой следственной комиссии не предусматривает, однако если парламент своим постановлением такую комиссию создаст, то ее формирование станет возможным. У парламента, в соответствии с его регламентом, есть полномочия создать временную парламентскую комиссию, и такие прецеденты у нас имеются. Если парламент создаст такую комиссию, он должен утвердить и ее регламентацию, то есть устав. В нем должно быть отмечено, что комиссия действует на основе Уголовно-процессуального Кодекса, и, соответственно, исходя из этого, должны регулироваться ее полномочия. Так что общественность должна потребовать от парламента формирования независимой следственной комиссии для изучения событий 26 мая
- Создание следственной комиссии зависит от политической воли властей, но, может, те международные конвенции, к которым присоединена Грузия, обязывают власти в определенных случаях создавать независимые следственные комиссии?
- В тех международных конвенциях, к которым присоединена Грузия, подобного прямого обязательства не предусмотрено. Создание таких следственных комиссий в большей степени зависит от политической воли властей. Но эта политическая воля может и не возникнуть, если общество не выдвинет со своей стороны соответствующего требования. Поэтому важно, чтобы этот вопрос поставили неправительственные организации, а масс-медиа должны все это освещать. Мы должны потребовать от парламента принятия решения о создании следственной комиссии. В противном случае, у нас будет основание заявить, что власти не считаются с обществом, и не выражают общественные интересы.
- О том, что власти превысили силу при разгоне митинговавших, помимо Народного защитника, заявили множество организаций. Даже та часть общества, по мнению которой власти должны были пресечь акцию, обвиняет власти в том, что участникам акции не была оставлена возможность добровольно и мирно покинуть территорию. Кроме того, указывается на жестокость, с которой спецназ расправлялся с участниками акции. Предусматривает ли наше законодательство принятие мер в связи с подобными преступлениями или проступками?
- В каждом конкретном случае, когда у человека незаконно отнимали жизнь, и на это не существовало законной необходимости, должен быть поставлен вопрос ответственности. Кроме того, имели место организация массовых беспорядков и массовое нанесение людям телесных повреждений. Все это соответствующим образом регулируют статьи закона. К сожалению, у меня нет сейчас с собой Кодекса, чтобы конкретно указать на эти статьи, и рассказать, какая статья соответствует какому конкретному случаю. Кроме того, это можно делать только после квалифицированного расследования каждого конкретного случая.
- Если у властей были те материалы, которые сейчас демонстрируются в эфире телеканалов, и которые касаются связей тех или иных лиц с российскими спецслужбами, почему власти не распространили их до 26 мая и, в определенной степени, не провели превентивных мероприятий?
- Естественно, власти должны были осуществить превенцию преступления. Однако поскольку этого не произошло, нужно думать, что власти были в позиции затаившихся. Если у них была полная информация о том, что кто-то в стране готовит государственный переворот, и его планы – абсолютно не конституционные, тогда непонятно: почему те, кому это приписывается - на свободе? Мы не впервые слышим от властей подобные заявления и утверждения. Те же обвинения звучали 7 ноября. Однако, несмотря на это, ни одно публично объявленное преступником лицо к ответственности привлечено не было. Власти и тогда созданным ими фильмом доказывали, что в стране, якобы, готовился государственный переворот. И сейчас - примерно то же самое, и мы должны понимать, что это – не совсем так. Со стороны властей, к сожалению, один и тот же сценарий повторяется уже в который раз.
Коба Бенделиани,
«ИнтерпрессНьюс»
