Тео Хатиашвили – Ненормально, когда власти формируют свою культурную элиту
О плюсах, минусах и предположительных причинах коллективных писем и обращений к кандидату на пост министра культуры Гураму Одишария "ИнтерпрессНьюс" побеседовал с искусствоведом Тео Хатиашвили.
- Калбатоно Тео, ректор консерватории Реваз Кикнадзе обратился к кандидату на пост министра культуры Гураму Одишария с рекомендацией назначить своим заместителем пианиста Валериана Шиукашвили. Обращение подписали многие выдающиеся деятели искусства. С аналогичной просьбой, но о назначении Тамар Чарквиани к Гураму Одишария обратилась группа из 40 человек, в которую входят не менее выдающиеся деятели литературы и искусства. Как вы оцениваете попытку подбора заместителя министра путем коллективных писем и вообще, что может означать это действие, которое среди общественности, мягко говоря, вызвало неприятное впечатление?
- Приношу извинение всем, кто подписал оба письма, но несмотря на мое уважение к ним, должна сказать – остается впечатление, что эти коллективные обращения приняли истерическую форму. На мой взгляд, вместе со сменой власти не должны сменяться привилегированные деятели искусства и вообще, среди них не должно быть привилегированных и непривилегированных. Деятелям искусства "приговор" должна вынести история. Их привилегией должно быть то, как они войдут в историю грузинской культуры. Остается впечатление, что в сфере культуры может возникнуть такая же ситуация, как была при предыдущих властях, когда существовали фавориты властей и такие, которых власти даже близко к себе не подпускали. Очень плохо, что желание быть фаворитами властей на этот раз появилось у сторонников "Картули оцнеба". На мой взгляд, это нездоровое отношение к культуре, так как власти сменяются часто, следовательно, это может принять циклический характер. Ненормально, когда власти формируют свою культурную элиту и за сменой власти следует смена культурных элит. Это заметно и по нашей культуре, так как не происходит обновления.
Что касается самих обращений, у меня нет никаких претензий к Валериану Шиукашвили, я не музыковед, но знаю, что он известный пианист. Какие конкретные заслуги есть у Тако Чарквиани, я не знаю, кроме того, что она дочь Джансуга Чарквиани. Назначать заместителя министра по этому признаку для меня категорически неприемлемо. Думаю, что такими обращениями мы ставим в неудобное положение кандидата на пост министра культуры.
- С учетом "составов" подписчиков коллективных писем, не являются ли эти письма признаком того, что между деятелями культуры есть разные взгляды на будущее грузинской культуры и ее место в жизни демократического общества?
- Да, разумеется. Когда молодые деятели искусства обратились к господину Гураму, в нашем обращении речь шла о том, что деятелей искусства нельзя делить по политическим признакам, что культура и политика должны быть отделены друг от друга. Это обращение подписывали представители более молодого поколения. Эти коллективные письма явно показывают, какие вкусы у подписчиков того или иного письма и как они видят будущее грузинской культуры. Мы хотим выяснить, что нам нужно – гордиться старой грузинской культурой, которая бесспорно заслуживает уважения – фольклорной музыкой и памятниками зодчества, или взять наконец курс на создание чего-то нового. Сегодня новое практические не создается. Есть отдельные люди, которые создают новую грузинскую культуру, но жаль, что в стране создание современной грузинской культуры не является приоритетным.
- На ваш взгляд, почему на эти бесспорно важные темы не устраивается публичное обсуждение? То есть не обсуждается, какой должна быть современная грузинская культура?
- Это серьезная проблема. Если у искусствоведов и критиков были претензии к предыдущим властям, то они касались именно этого, что ни по одному важному вопросу не устраивалось обсуждение. Вспомним хотя бы установку памятников. Решения принимались по политическим признакам. Предыдущие власти объединили в одну концепцию памятник персонажам "Мимино" работы Зураба Церетели и "велосипед". Для меня это лучший пример непрофессионального подхода, так как эти два примера искусства радикально противоположных друг другу подходов и эпох, в которых хорошо видна эстетика.
Возможно, это связано с тем, что никогда не проводилось обсуждение формирования декоративного облика, застройки города. Большей частью, многое решалось по желанию президента, где ставить тот или иной памятник. Не объявлялось никакого конкурса и заранее не учитывалось мнение специалистов и критиков по тому или иному памятнику.
К сожалению, на телевидении, которое являются наиболее распространенным и потребляемым средством массовой информации, как правило, такие темы не были интересными. Телеканалы перешли на безвкусные развлекательные шоу. На мой взгляд, существование таких шоу в телепространстве было частью целенаправленной политики в сфере культуры. Все это в конечном итоге привело нас к тому, что появилась пропасть между искусствоведами, критиками и представителями властей. Такая ситуация продолжается по инерции и сегодня.
- Развивающиеся в театральном институте события привлекли внимание общественности. Вы также работаете в этом институте. Как вы оцениваете ситуацию в Университете театра и кино и как назвать то, что происходит в учебном заведении?
- Дело обстоит так – прежде чем ситуация не обострится, внимания никто не обращает. Тема институтов искусства прямо связана с состоянием сегодняшней культуры. В институте немного непонятная и хаотическая ситуация. Разные сегменты училища выражают недовольство по-разному. В институте очень много проблем, решить которые представляется сложным потому, что это связано с большими деньгами. Все институты искусства находятся практически в одинаковом состоянии из-за того, что им каждый год уменьшали бюджет. В Университете театра и кино целый ряд проблем, но утверждения о том, что наш университет нужно закрыть, я считаю несправедливыми, так как вообще система образования в плохом состоянии.
- А кто говорит, что его нужно закрыть?
- Есть люди, которые считают, что наш институт не соответствует современным стандартам и вовсе не нужен в его нынешнем состоянии. Но недовольство в университете появилось после того, как министерство культуры решило жестко вмешаться в управление университетом, который в принципе является независимым. Министерство культуры попыталось не решить проблемы, а управлять университетом с помощью директив. Можно сказать, что между старыми сотрудниками университета и новым руководством не состоялась коммуникация. Когда такой коммуникации нет, именно это вызывает обострение всех проблем.
- В клубе "Артареа" вы вместе с другими молодыми деятелями искусств встречались с кандидатом на пост министра культуры Гурамом Одишария. Какое впечатление он произвел на вас и какие у вас ожидания?
- Если человек всерьез берется за дело, трудно в течение одной встречи составить серьезные планы и надежды. Эта встреча носила ознакомительный характер. Я довольна тем, что как только определенная группа людей выразила желание встретиться с ним, он согласился и попытался понять, что нас беспокоит и почему нас волнует вопрос будущего правительства и кандидата в министры культуры. Его встреча с нами – уже хороший жест, так как человек не отказался от диалога.
На данном этапе я могу сказать, что кандидата в министры культуры открытый для отношений человек. Впрочем, это может и помешать ему. Я говорю это потому, что в его адрес уже сделано много обращений и многие люди хотят поделиться с ним своей идеей. Факт, что работать в такой обстановке будет очень трудно, так как решения он должен принимать сам. Повторяю, хорошо, что он открыт для общения, посмотрим, что получится. Больше ничего я пока сказать не могу.
Беседовал
Коба Бенделиани
