Зураб Абашидзе – Ни у кого не должно возникнуть ощущение, что кто-то идет на скрытую сделку с Россией
О проблемах в отношениях с Россией и аспектах разных мнений общественности и политических кругов по этому вопросу "ИнтерпрессНьюс" побеседовал со специальным представителем премьер-министра по связям с Россией Зурабом Абашидзе.
- Батоно Зураб, начавшийся в конце прошлого года прямой диалог с Россией вызывал среди нашей общественности большой интерес и разные мнения. Как вы оцениваете обсуждение, имеющее место в отношении этой важной темы?
- Можно с уверенностью сказать, что инициатива премьер-министра Грузии о начале диалога с Россией получила поддержку со стороны подавляющего большинства нашего населения. Между прочим, вы наверно помните, что урегулирование отношений с Россией было одним из самых главных предвыборных обещаний "Грузинской мечты". Таким образом, мы действительно чувствуем поддержку народа в этом трудном деле. Впрочем, естественно, эта поддержка не безусловна. Урегулирование отношений с северным соседом нужно осуществлять с практическим подходом, чтобы это полностью соответствовало жизненным интересам нашей страны.
Вместе с тем, мы сначала же подчеркивали, что ощутимый прогресс в отношениях с Россией, особенно в вопросах конфликтных регионов, быстро не придет.
- Ваши оппоненты считают, что это достаточно рискованное начинание и что у России есть больше шансов развернуть диалог в свою пользу...
- На мой взгляд, крайне рискованным и опасным является постоянное пребывание в конфликте с Россией, не говоря уже ничего о том противостоянии, печальный опыт которого мы уже имеем. Впрочем, я согласен с оппонентами в том, что это будет сложно. Если дипломатия – искусство возможностей, то именно в этом деле мы должны действовать крайне обдуманно, как говорится – с аптекарской точностью. Необходимо, чтобы общественность не чувствовала себя в стороне от процесса, ни у кого не должно возникнуть ощущение, что кто-то идет на скрытую сделку с Россией. Поэтому мы хотим, чтобы в этот процесс включился широкий круг экспертов, политики, представители СМИ.
После моей первой встречи с господином Карасиным 14 декабря прошлого года, я уже выступил перед парламентским большинством. Если депутаты проявят интерес, я готов позже выступить перед более широкой аудиторией. Нам нечего скрывать.
Я внимательно наблюдаю за критическими высказываниями людей, имеющих опыт в отношениях с Россией, и нахожу очень много полезного. Надеюсь, что найдется форма для консультаций и сотрудничества с ними. Вместе с тем, я хорошо помню, как безрезультатно пытались прежние власти начать прямой диалог с Россией. Теперь они хотят представить эту неудачу как эффектную стратегию и обвиняют нас в том, что не смогли сделать сами.
- И все же, какую пользу может принести Грузии диалог с Россией и какие конкретные угрозы видят оппоненты?
- Некоторые положительные изменения уже налицо. Я не знаю, замечаете ли вы, что в обществе уже почти не говорят о вероятности очередного военного конфликта с Россией. Напомню, что любой маленький инцидент в конфликтных регионах или вблизи их сразу вызывал дискуссии на тему: грозит ли нам новое вооруженное противостояние? Это очень важное изменение. Также важен прогресс в возвращении грузинской продукции на российский рынок. Всего лишь спустя два месяца после начала диалога, нам кажется вполне реальным возвращение грузинского вина и минеральных вод на российский рынок этой весной. Очередь за аграрными продуктами.
Начало диалога с Москвой положительно изменило настрой нашей большой диаспоры в России. На протяжении лет, на фоне напряженной конфронтации, часто мы даже не слышали их голоса: почему вы не думаете о нас, мы ведь тоже ваша кровь и плоть, неужели вас совсем не волнует наша судьба? В годы напряженных отношений незаслуженно и часто из-за грубого нарушения элементарной законности эти люди терпели много неприятностей. Большой поддержкой для проживающих в Москве наших соотечественников было благословение Католикоса-патриарха Грузии, его мудрая речь и совет. Среди нашей диаспоры есть много известных личностей. Есть и такие, кто может вложить в Грузию достаточно большие инвестиции. До сих пор им по политическим мотивам не давали такой возможности. Сегодня многие наши соотечественники думают о запуске интересных проектов в Грузии. Это серьезный резерв для экономического прогресса нашей страны. Есть и другие возможные позитивные факторы, о которых мы будем говорить в будущем.
- Вы все же говорите о положительных аспектах...
- Согласен, существуют и риски, которые следует учесть. В частности, мы не должны допустить ослабление т.н. Женевского формата. Как известно, в Женеве при посредничестве наших западных партнеров и международных организаций рассматриваются проблемы, возникнувшие в результате августовской войны 2008 года. Поэтому нужно максимально эффективно использовать этот инструмент и не допустить его умаления. Чтобы диалог с Россией даже психологически не отождествлялся с Женевским форматом, мы решили провести свою следующую встречу с господином Карасиным 1 марта в другом европейском городе.
Некоторые люди опасаются, что прямой диалог с Россией вызовет эрозию закона "Об оккупированных территориях". Скажу прямо - закон "Об оккупированных территориях" был принят не от хорошей жизни. Это был вынужденный шаг. Сегодня этот закон – правовая норма, которая подтверждает наши суверенные права на территории Абхазии и Южной Осетии. Поэтому мы открыто и принципиально объясняем всем, что от этого мы не откажемся. Более того, мы максимально должны сохранить и усилить поддержку западных партнеров. Это нелегко, но возможно: смогла ведь грузинская делегация, состоящая из оппозиции и властей, принять соответствующую резолюцию на парламентской ассамблее Евросовета и сохранить в этом документе термин "оккупация"?! Диалог с Россией никак не должен повлиять на наше стремление в евроатлантические объединения. Я знаю, что эти два процесса – вступление в НАТО и поиски общего языка с Россией – сегодня кажутся абсолютно противоположными; но в крайне быстро меняющемся мире никто не знает, какая реальность наступит в глобальном мире и вокруг нас завтра или через два-три года. Люди моего возраста за последние двадцать лет видели такие драматические перемены, о которых я не смог мечтать бы и во сне. Мой главный жизненный опыт: нет ничего невозможного!
Пессимисты утверждают и то, что российский рынок связан с рисками, поэтому по политическим причинам грузинские производители могут опять столкнуться с проблемами. Согласен, ничего не исключено. Но риск является частью любого бизнеса. Сами производители должны определять, стоит ли им возвращаться на российский рынок. Дело политика и дипломатии – открыть двери, а бизнесмена – войти или нет в эти двери.
Вы наверно видите, что наши западные партнеры единодушно приветствуют начало диалога между Россией и Грузией. Естественно, они также видят рискованные моменты, но в общем, на их взгляд, на данном этапе позитив очевидно перевешивает возможные негативные стороны. Это соотношение обязательно нужно сохранить.
- То, что стремление в НАТО и Европу и налаживание отношений с Россией – дело не из легких, вы отметили и сами, но факт, что российские эксперты, недавно находившиеся в Тбилиси и, по оценкам большинства грузинских экспертов, привезшие сюда доклад, практически подготовленный в МИД РФ, деликатно призвали нас к тому, чтобы на государственном уровне Грузия начала обдумывать свою альтернативную стратегию внешнеполитического курса и обеспечения безопасности другими механизмами. Остается впечатление, что Москва требует от Тбилиси смены внешнеполитического курса, и в то же время – неоднозначно намекает, что вопросы Абхазии и Южной Осетии – те красные линии, от которых Россия не сможет отказаться...
- Мы не впервые слышим об этих "красных линиях" России. Мы знаем, что Москва не собирается отказываться от признания независимости Абхазии и Южной Осетии; впрочем, в Москве также знают о наших "красных линиях"; это принципы сохранения свободного выбора в международных делах, суверенитете и территориальной целостности. Это указывает на нашу евроатлантическую ориентацию. Ситуация похожа на заколдованный круг, потому что пока не видно выхода из этих двух взаимоисключающих подходов. Между прочим, об этом пару месяцев назад говорил и президент Путин, отметив, что возможно экспертам удастся найти такой выход. В нашем двустороннем формате мы пока не говорим о "красных линиях", чтобы не завести наш диалог в тупик на самом начальном этапе. Но рано или поздно разговор обязательно коснется этих сложнейших тем.
- Какие темы будут обсуждаться на очередной встрече с Карасиным 1 марта?
- 14 декабря прошлого года на нашей первой встрече мы определили сферы обсуждения и сотрудничества на начальном этапе. Это – торговые отношения, транспортные связи, гуманитарно-культурные контакты. В транспортной сфере, в частности, речь идет о восстановлении регулярных авиарейсов, а также сухопутных перевозках по маршруту Казбеги-Верхний Ларс. В связи с этим предстоит решить несколько вопросов. Мы также пересмотрим, каков прогресс в плане торговли, в частности, с точки зрения возвращения нашей продукции на российский рынок. Возможно, мы поговорим о новых направлениях сотрудничества в этих сферах.
- Не идет ли речь об отмене виз для граждан Грузии при въезде в Россию?
- Нет, в ближайшем будущем отмена виз не ожидается, но смягчение визового режима пригодилось бы многим нашим гражданам. Посмотрим...
- Начатый диалог с Россией достаточно поощрил культурные связи. Вы и это планируете?
- Культурный диалог часто сам пробивает себе путь, но ему нужна и государственная опека. Есть и такой момент: у меня собирается много инициатив, связанных с культурой. Некоторые из них заслуживают поддержки и внимания. А некоторые явно не учитывают ту реальность, что мы сейчас пытаемся выйти из тупикового положения и праздновать пока нечего. Поэтому не стоит впадать из крайности в крайность. Думаю, что гиперактивность не принесет пользы, во всем нужно соблюдать меру.
Беседовал
Коба Бенделиани
