Я не ожидаю серьезной реакции со стороны США в связи с задержанием Мерабишвили и Чиаберашвили
На актуальные темы внешней и внутренней политики Грузии «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с ассоциированным исследователем Института внешнеполитических исследований в Филадельфии Майклом Чечире.
- В связи с тем, что сейчас самой актуальной темой является задержание бывшего министра внутренних дел и экс-премьера Вано Мерабишвили и бывшего министра здравоохранения Зураба Чиаберашвили, было бы интересным начать разговор именно с этой темы. Задержанные обвиняются в подкупе избирателей в пользу «Нацдвижения», Мерабишвили обвиняется и в других преступлениях. Прежние власти оценивают это как политическую расправу. Ожидается ли, что на этот раз Вашингтон осудит преследование политических оппонентов и строго отреагирует на эти задержания? И еще, на ваш взгляд, как отразится арест бывших высокопоставленных чиновников на имидже Грузии?
- Я не ожидаю серьезной реакции со стороны США в связи с задержанием Мерабишвили и Чиаберашвили. Несмотря на то, что будут заявления о соблюдении верховенства закона и т.д., случившееся не вызовет кардинальных изменений мнения Вашингтона и европейских столиц относительно Грузии. Те, кто считают, что новые власти занимаются преследованием политических оппонентов, примут этот факт, как подтверждение своей позиции. Эти процессы не повлияют на имидж Грузии. Но то, как будет вестись следствие и уголовный процесс, будет серьезным тестом. Новые власти не имеют такой роскоши, чтобы допустить повторение ситуации с Януковичем и Тимошенко, как интерпретирует этот процесс Саакашвили.
- С тех пор, как в Грузии на выборах сменилась власть, прошло 7 месяцев. За этот период процессы в стране развивались интересно, динамично и, можно сказать, даже драматично. Оказалось не легко не только перенять власть, но и наладить сосуществование между новыми и прежними властями. На фоне этих сложных процессов стало возможным, чтобы страна не потеряла равновесие, сохранила стабильность и в условиях скрытого саботажа и прессинга во всех сферах продолжить успешную деятельность. Как вы оцениваете процессы, развивающиеся в Грузии после выборов? И вообще, каково мнение американских политических кругов о новых властях Грузии?
- Что касается поствыборных процессов, в Грузии в основном отмечаются позитивные сигналы. В частности, продолжение прозападного курса, текущие реформы в министерствах юстиции и обороны, инициативы по децентрализации, процесс налаживания отношений с Россией, который не вредит национальным интересам Грузии. Впрочем, есть и негативные моменты. В сложном положении находится экономика. Насилие, проявленное 17 мая, показало, что до установления верховенства закона Грузии еще предстоит пройти огромный путь. В то же время, самым главным вызовом для нового правительства Грузии является то, чтобы оно смогло доставлять международным наблюдателям информацию об успехах и прогрессе. В то время, как на Западе и в США есть четкое мнение о том, что Грузия идет в правильном направлении, многие не владеют информацией о достижениях Грузии. Это мнение может пошатнуться или измениться после событий 17 мая. Для нового правительства пиар может быть неприятным, но это необходимо, если власти хотят сообщать западным партнерам о своих достижениях.
- Какие положительные явления вы бы выделили?
- Достижения заметны во многих сферах. Постепенное восстановление плюрализма в СМИ, повышенная прозрачность в нескольких секторах, более терпимое и умеренное отношение к сепаратистским регионам, реформы в судебной сфере, в том числе запрет процессуальных соглашений, которые больше были вымоганием, усиление регионов и муниципалитетов путем децентрализации, реформы в военной сфере, что повышает прозрачность и очевидно отделяет министерство обороны от министерства внутренних дел.
Новые власти твердо продолжают прозападный курс и, как мне заявил недавно один высокопоставленный чиновник НАТО, Грузия идет по этому пути большими шагами. Это предварительные оценки. Разумеется, во многих сферах еще многое предстоит сделать для улучшения ситуации, что подтвердилось и 17 мая. Впрочем, как я уже отметил, проблема новых властей заключается в том, они не сообщают международному сообществу о своих достижениях. Иванишвили заявил, что не собирается прибегать к пиару и не придает ему такого символического значения, как «Нацдвижение». Впрочем, иногда пиар важен и необходим.
- Несмотря на то, что западные и американские партнеры Грузии в один голос заявляют, что не видят различий во внешней политике прежних и новых властей Грузии, президент Саакашвили и его команда продолжают утверждать, что правительство Иванишвили выполняет российский заказ. С этой точки зрения ситуация несильно изменилась после того, как заместитель генсека НАТО Вершбоу в ходе визита в Москву в интервью «Эху Москвы» повторил о внешнеполитическом курсе правительства Иванишвили то же, что говорят и другие западные и американские партнеры Грузии. Понятно, что тема внешней политики новых властей является единственным вопросом, по которому прежние власти могут говорить с партнерами Грузии, но как вы считаете, как воспринимает и какие делает выводы американский мейнстрим из «эксплуатации» этой темы президентом и его командой?
- Честно говоря, я не уверен, что американский мейнстрим уделяет мыслям о Грузии много времени. Среди тех, кто в курсе дел политического контекста в Грузии, представление президентом «Грузинской мечты» Иванишвили в качестве монолитного пророссийского крыла оказалось частично успешным.
Те, кто не особо связан с грузинскими политическими процессами, подходят к вопросу просто и рассматривают грузинскую политику как два лагеря – пророссийский и антироссийский. Впрочем, среди тех, кто на Западе серьезно наблюдает и анализирует события вашего региона, есть общее мнение, что новое правительство Грузии также стремится к Западу, как и прежние власти.
- Президент Саакашвили вместе с членами своей команды находился в США и провел встречи разного уровня. Известно ли вам, какие посылы получил президент Саакашвили от своих американских визави-партнеров?
- Я не владею информацией о том, что было сказано на встречах Саакашвили в США. Впрочем, он встречался с сенатором Марко Рубио, который является «восходящей звездой» Республиканской партии и относится к тому крылу этой партии, которое придерживается глобального и агрессивного подхода во внешней политике. Это отразится на поддержке Грузии во всех сферах, а на практическом уровне – на тесных личных отношениях с лидерами «Национального движения», особенно с теми, кто считает себя либералами.
Я предполагаю, что Саакашвили пытается расширить отношения с будущим поколением лидеров Республиканской партии. Большое значение имеет то, как отношения смогут установить «восходящие звезды» обеих американских партий с Грузией. Разумеется, для Грузии будет лучше, если двусторонние отношения будут институционализированы и не будут зависеть от личных или партийных отношений.
- По словам президента Саакашвили, в США он встречался с молодыми и самыми перспективными политиками «республиканцев» и «демократов», вероятными будущими лидерами этих партий. Понятно, что время Буша-младшего и Маккейна ушло, эпоха Байдена и Обамы скоро завершится, но кого можно считать самыми перспективными политиками «республиканцев» и «демократов»? Какова вероятность того, что они возглавят партию, и что может означать их появление на большой сцене американской политики?
- Марко Рубио считается ведущим кандидатом на лидерство Республиканской партии. Другими «восходящими звездами» Республиканской партии считаются губернатор штата Луизиана Бобби Джиндал, сенатор штата Кентукки Рэнд Пол, сенатор штата Техас Тед Круз, сенатор штата Нью-Гемпшир Келли Эйотт и губернатор штата Вирджиния Боб МакДоннелл. Проще говоря, Рубио и Эйотт можно считать продолжателями статус-кво Республиканской партии. Джиндал и МакДоннелл проявили себя как проводники популярной и новаторской политики. Хотя, Пол и Круз представляют либертарианское крыло Республиканской партии.
У «демократов» также есть свои «восходящие звезды». Сенатор штата Вирджиния Марк Уорнер, губернатор штата Нью-Йорк Эндрю Куомо и мэр Ньюарка Кори Букер. В следующем политическом цикле ведущую роль будут играть фигуры со статус-кво, как Хиллари Клинтон и Джо Байден, которые вероятно примут участие в процессе подбора президентского кандидата Демократической партии в 2016 году. Самые большие изменения для Грузии следует ждать тогда, если в 2016 году во главе Республиканской партии встанет кандидат нетрадиционного крыла.
- События 17 мая показали как множество недостатков грузинского общества, так и проблемы, перед которыми реально стоит грузинское общество на пути формирования поистине демократического общества. Прозападные общественные силы выражают сожаление в связи со случившимся и подобно представителям прежних властей требуют наказать виновников событий 17 мая. Но тут мы сталкиваемся с еще одной проблемой – сторонники акции 17 мая ставят вопрос так – возможно, духовные лица проявили на улицах чрезмерную активность, но прежние власти не наказаны ни за притеснение бизнеса и СМИ, ни за массовое нарушение прав человека. В такой ситуации, почему тот же Запад требует наказания духовных лиц и всячески покрывает представителей прежних властей? Дела действительно очень запутаны. Как вы оцениваете события 17 мая и сформировавшуюся после этого реальность?
- В беспорядках, случившихся 17 мая, самая большая претензия к церкви заключается не в том, что она манипулировала правительственными и институциональными механизмами, а в том, что она использовала свой авторитет и положение в стране, чтобы агитировать против незащищенного меньшинства.
Показания очевидцев, видео- и фотоматериалы подтверждают, что духовные лица активно и с энтузиазмом были включены в насильственный разгон демонстрации. С учетом того, что церковь имеет в Грузии сильную социальную и символическую роль, ее участие в событиях 17 мая делает ее частично виновной в этом стороной. Церковь может не придавать законного статуса нарушениям прав человека, но она содействовала созданию таких условий, чтобы попрание прав человека в отношении представителей меньшинств де-факто было разрешено.
Насилие 17 мая напоминает времена отца Басила, когда экстремистские группировки часто нападали на членов религиозных меньшинств. Недопустимо, чтобы такой синдром безнаказанности был распространен среди общества. На Западе, кто защищает представителей прежних властей и в то же время призывает наказать духовных лиц, занимается лицемерием, но это не означает, что церковь не должна отвечать за содеянное.
Трудно говорить, как повели бы себя в такой ситуации прежние власти. Когда в прошлом году члены Союза православных родителей напали на ЛГБТ-активистов, и тогда не было предпринято особенных мер. Реальность такова, что в Грузии политические силы проявляют осторожность по отношению к церкви, как к скрытой политической силе. В Грузии не раз имело место экстремистское насилие. Несмотря на то, что народная масса была немалой и большинство грузин может придерживаться гомофобских взглядов, я надеюсь, что число тех, кто хочет прибегнуть к насилию, невелико. Для демократического развития Грузии важно научиться уважать права представителей меньшинств, несмотря на то, согласен ты с этими правами или нет.
- Как вы оцениваете ситуацию в России? По оценке большой части российских экспертов, уход идеолога «суверенной демократии» Владислава Суркова из правительства является предвестником того, что в России завершился олигархический капитализм. Путин ведет Россию от авторитаризма к диктатуре. Налицо раскол между элитами, процесс рекрутирования силовиков новой регенерации и вообще непонятно, куда катится Россия. На ваш взгляд, насколько реалистично оценивают российские эксперты ситуацию в стране, как будут развиваться события в России и как это отразится на международном положении и политике?
- «Суверенная», то есть «управляемая» демократия, это термины, которые лучше отражали глобальное настроение, а не российские власти. Это была больше попытка успокоить международных критиков и не искать адекватного определения для российской политической системы. Сейчас, когда демократия в мировом масштабе находится в положении стагнации, России не нужно притворяться. Впрочем, для российской политической системы характерны маленькие псевдодемократические свойства, это носит скорее косметическую нагрузку, чем существенную.
На протяжении определенного периода Россия выступает в роли де-факто авторитарного государства (но не на всех уровнях). Надеюсь, что российские эксперты осознают это. Впрочем, некоторые из них не будут так жестко говорить об этом, так как это плохо отразится на той системе, которую они боготворят. Я не уверен в том, как будут развиваться процессы в России, но сегодняшний политический курс непрочен, что может вызвать внутренние беспорядки, забастовки на Северном Кавказе, демографические проблемы и коллапс парадигмы энергоносителей.
- По оценкам части экспертов, теракт в Бостоне с участием чеченских террористов внес коррективы в отношения России и США. Многие утверждают, что Вашингтон задрожал перед «белым медведем», отступил назад и даже пошел на уступки в переговорах с Москвой. Примером приводится отказ США от размещения в Европе антиракетного щита, чему давно противостояла Москва. Также приводятся сдержанные действия Америки в сирийском вопросе и многое другое. На ваш взгляд, что происходит в американо-российских отношениях? И еще, предположительно, как могут они отразиться на грузино-российских отношениях?
- Администрация Обамы пошла на определенные уступки перед Россией в Европе и Евразии в рамках политики перезагрузки, но этот период уже давно завершился. Как и прежние администрации, Вашингтон попытался наладить отношения с Россией, но был недоволен результатами. Несмотря на то, что по нескольким вопросам было заметно улучшение, главный смысл политики перезагрузки заключался в том, чтобы найти общий язык с Россией и на основании этого наладить отношения.
Но интересы России и США фундаментально отличаются. Например, внутренняя политика России основана на том, что Запад и евроатлантические институты являются для России экзистенциальной угрозой. Американо-российские отношения возвращаются в нормальное положение, в рамках которого акцент делается на практическом сотрудничестве в узких сферах.
Грузино-российских отношений это значительно не коснется, пока США являются стороной в связанных с Грузией вопросах, чему очень противостоит Россия. О Грузии и России можно сказать, что у них разные подходы в вопросе национальных интересов. Несмотря на то, что смена тона со стороны Тбилиси улучшила отношения между странами, настоящей нормализации отношений между Грузией и Россией не будет, пока Россия не откажется от поддержки сепаратистских режимов или пока Грузия не согласится на существование под покровительством России. Ни одно, ни другое не произойдет.
Беседовал
Коба Бенделиани
