На данном этапе практические и теоретические шансы на вступление Грузии в НАТО отличаются
О перспективах интеграции Грузии в Североатлантический альянс, о стоящих перед страной вызовах и состоянии процесса сосуществования, «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с бывшим заместителем секретаря Совета национальной безопасности США, экспертом Совета по международным отношениям США по вопросам национальной безопасности, трансатлантических отношений, НАТО и ЕС Чарльзом Купчаном.
- Перед Грузией сегодня стоит много вызовов. Одним из вызовов часто называется установление сосуществования в стране. По вашей оценке, в какой степени сосуществование является шагом вперед на пути развития демократии?
- Думаю, что мирная передача власти в Грузии была важным шагом. После прихода к власти Саакашвили Грузия постепенно стремилась к демократическим нормам, но ее ход был противоречивым. Были шаги вперед и назад. Один из стандартов, которые политологи используют для оценки здоровья демократия, таков – работает ли сосуществование? Могут ли сотрудничать правящая партия и оппозиционная партия, есть ли достаточное доверие и достаточная готовность к совместной работе над разработкой политики и решением проблем, с которыми сталкивается страна? Думаю, что Грузия сейчас находится на переходном этапе. Новый премьер-министр пытается найти путь управления разделенной страной. Это не так просто. У некоторых правительств получается лучше работать в условиях сосуществования. В моей стране, Соединенных Штатах, это особенно трудно, когда сосуществование не удается. Отцы-основатели создали то, что называется "смешанной республикой", разделенной политической системой, в основе которой лежит противостояние. Когда к этому институциональному противостоянию добавляется противостояние ненавидящих друг друга партий, то страна оказывается в глубокой беде. Думаю, что надпартийность по-разному действует в разных странах. Грузия находится в особенной ситуации. После выборов осталась озлобленность и недоверие между партиями. Есть ощущение, что во время президентства Саакашвили правительство не всегда соблюдало верховенства закона; не давало оппозиционным партиям функционировать как настоящей оппозиции, мешало судебной системе и средствам массовой информации. Из-за такого облака, которым окутан период Саакашвили, думаю, сейчас грузинское общество пытается разобраться, что это значит: первое - иметь новое правительство, которое не связано с Саакашвили, и второе – могут ли Иванишвили и его партия в парламенте сформировать позитивную атмосферу в отношениях с оппозицией и разработать хорошую политику.
- Если сосуществование будет работать, укрепит ли это шансы Грузии на вступление в НАТО?
- Я думаю, бесспорно, что стабильность и мощь демократической системы, понимание того, что правительство придерживается верховенства закона, даже если это ему не выгодно, и есть тот стандарт, который предъявляется стране для интеграции в ЕС и НАТО. И этот процесс работал достаточно хорошо, совсем недавно – при переговорах между Сербией и Косово, когда ЕС доходчиво объяснил Белграду, что если у них есть надежда на вступление в ЕС, необходимо продолжать сближение с Косово. Впервые после войны 1999 года Косово и Белград обменялись послами. Так что, я думаю, что это пример того, что страны могут наладить ситуацию у себя и приблизиться к евроатлантическим институтам. Грузия находится в уникальном геополитическом положении. Ее вступление в НАТО является более сложным, чем вступление Венгрии в НАТО, из-за отношений с Россией, а также потому что ее два региона, Абхазия и Южная Осетия, оккупированы российскими войсками. Таким образом, это делает более сложным весь вопрос вступления Грузии в НАТО. Вот почему я думаю, что на самом деле есть два пути. Одним из них является сосуществование, налаженное правительство, верховенство закона, а другим – работа над с сближением Россией, отказ от той идеи, которую, по-моему, активно использовал Саакашвили – все или черное, или белый; Грузия или часть Запада или сателлит России. Я думаю, что Грузия должна найти путь быть и одним, и другим: сблизиться с Западом и в то же время улучшить геополитические и коммерческие связи с Россией.
- Альянс действительно заинтересованы в интеграции Грузии? Насколько реальны шансы Грузии?
- Я думаю, что НАТО говорит искренне, когда заявляет, что все страны должны быть свободны в выборе своих альянсов. Если Грузия хочет стать членом НАТО и соответствует стандартам альянса, она должна получить возможность вступить в НАТО. Я думаю, что на данном этапе практические и теоретические шансы на вступление Грузии в НАТО отличаются. НАТО не в том состоянии, чтобы вопрос о вступлении Грузии находился в списке актуальных вопросов. Я бы сказал, что он в списке отложенных вопросов, так как тема Грузии вызывает много напряженности между НАТО и Россией, а также внутри НАТО есть глубокие разногласия по поводу того, актуальна ли вообще тема вступления Грузии. Так что, я бы не сказал, что членство Грузии является вопросом ближайшего будущего, но не буду говорить и то, что это никогда не случится. Я бы посоветовал грузинскому народу и правительству продолжить движение в этом направлении, работать в направлении более тесной интеграции в евроатлантические институты. Может быть, вы в конечном итоге вступите в Европейский Союз и НАТО, а может быть и не вступите, но движение в этом направлении поставит вашу страну в гораздо лучшее политическое, экономическое и геополитическое положение.
- Соединенные Штаты, похоже, является самым крупным сторонником идеи вступления Грузии в НАТО. Почему США так хотят видеть Грузию в НАТО?
- Я думаю, что позицию Соединенных Штатов определяет несколько причин. Первая заключается в том, что во внешней политике Соединенных Штатов, в отличие от их европейских союзников, всегда был сильнее идеализм. Отцы-основатели были привержены идее, которая представляла Соединенные Штаты маяком свободы. Я думаю, что США считают своей миссией - помочь странам, которые хотят быть свободными. В результате, США активнее поддерживают расширение НАТО, чем другие союзники. Если бы не активность Билла Клинтона в целях расширения НАТО, то у альянса не было бы новых членов. Расширение было скорее американским проектом, чем это немецким, французским или британским. Во-вторых, я думаю, что в Соединенных Штатах еще есть определенная русофобия, пережиток холодной войны, особенно в Конгрессе США, на Капитолийском холме. Разговоры о Советском Союзе, о России как потенциальном противнике все еще привлекательны. Поэтому они увидели Грузию, как страну, которая готова противостоять России. Я думаю, что в случае Саакашвили, это зашло слишком далеко. Вашингтон так твердо поддержал Саакашвили, что это подтолкнуло правительство Саакашвили на то, что он, вероятно, не должен был делать – например, провоцировать Москву. Я думаю, что сейчас Соединенные Штаты в какой-то мере усвоили урок и в будущем будут более осторожными, чтобы не поощрять страны на слишком далеко идущие шаги и раздражение России. Так что, я думаю, что эти две причины - вопрос идентичности Америки как поставщик свободы в мире и сохранившаяся русофобия – обусловили то, что Соединенные Штаты являются твердыми сторонниками членства Грузии в НАТО.
Беседовала
Нино Цивцивадзе
