Рамаз Сакварелидзе – «Атакующий гонор в политической риторике «Нацдвижения» является результатом пассивности «Грузинской мечты»
Об актуальных вопросах внутренней политики в оставшееся до президентских выборов время «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с психологом и политологом Рамазом Сакварелидзе.
- До президентских выборов осталось не так уж много времени. Как вы оцениваете ситуацию в стране в преддверии президентских выборов и активность основных кандидатов в рамках предвыборной кампании?
- Факт, что после лета и в отличие от лета активнее стал действовать Георгий Маргвелашвили, почти каждый день он проводит встречи в регионах. Вероятно, в оставшееся время его рейтинг если не поднимется, то уж точно не понизится.
Что касается т.н. проблемного «второго места», судя по опубликованным рейтингам, по сравнению с Бурджанадзе преимуществом пользуется Бакрадзе. В ряде случаев это преимущество не превышает границ статистической погрешности. Это повышает вероятность того, что однозначных прогнозов делать не стоит. С другой стороны, большая часть населения, которая в свое время отказалась от «Нацдвижения», вряд ли сегодня проголосует за Бакрадзе. На фоне таких сомнений результаты социсследований выглядят неубедительно и у меня возникает мысль о том, не действует ли среди определенной части населения фактор страха. Впрочем, статистика показывает лишь картину ответов и мы не знаем, как на самом деле думает человек. То, что это так, подтвердили и прошлогодние выборы. Поэтому прогноз относительно «второго места» сегодня я считаю невозможным. Мое мнение о том, почему на втором месте может оказаться Бурджанадзе, я вам сообщил.
- Насколько велика вероятность проведения второго тура, о котором часто говорят представители оппозиции?
- Согласно проведенным социологическим исследованиям, процесс скорее движется к одному туру. Если мы поставим исследования под сомнение, а такое право мы имеем, тогда учитывая то, что вместе с приближением выборов растет активность политических сил, преобладают эмоции и растет напряженность, можно предположить, что для завершения выборов может потребоваться второй тур.
И еще, редко говорят о том, что произойдет в случае проведения второго тура. На мой взгляд, кто бы ни вышел во второй тур, кандидат «Грузинской мечты» победит, так как у него и сейчас более высокий рейтинг, а во втором туре важную роль сыграет фактор властей.
- Какое впечатление произвел на вас съезд «Нацдвижения» и его результаты? Заявление Давида Бакрадзе – «Наша партия готовится к политической борьбе», «Мы не ориентируемся на реванш», появление сердец вместо крестов на партийном флаге «Нацдвижения», переизбрание на посту генерального секретаря Вано Мерабишвили, заявления президента? На ваш взгляд, насколько «Нацдвижение» смогло провести ребрендинг, о необходимости которого достаточно много говорили в последнее время сторонники этой партии?
- Это не первая попытка ребрендинга. Мы помним апрельский митинг перед зданием парламента в Тбилиси, на котором говорилось о ребрендинге «Нацдвижения». Обществу даже предложили новое название партии, но мы увидели, что это не дало тех результатов, чтобы впоследствии партия придерживалась этого пути.
На ваш взгляд, основной причиной этого является то, что ребрендинг это не смена названия партии, это лица, концепция и оценка прошлого, которая больше содержит элемент покаяния. Покаяние убедило бы общественность в том, что новая партия не вступит на старый путь. Такого не было ни в апреле, ни сейчас. Поэтому новый ребрендинг «Нацдвижения» будет иметь такой же результат, какой имел в прежних случаях.
- Правда, президент не уточнил, кто хотел «повторить Базалети» в Грузии, но на эту тему он говорил очень долго. На ваш взгляд, почему? И еще, часть наблюдателей считает, что заявления президента Саакашвили больше рассчитаны на международное сообщество и похожи на попытки заручиться их поддержкой для того времени, когда он перестанет быть президентом. Вы тоже так восприняли эти посылы президента?
- Президент в своих заявлениях часто скрывает несколько направлений, так произошло и в этом случае. Сейчас, в первую очередь, в его интересы входит освоение западного направления, произведение впечатления на них. Но это не исключает того, чтобы в преддверии выборов он вложил в избирателей Бакрадзе ту позицию, которую защищает. Эта позиция связана с темой мирного сосуществования, поэтому он и упомянул слово «коабитация».
В президентском выступлении акцент был сделан на том, что в условиях противостояния политические силы не должны враждовать друг с другом. Акцент был сделан на том направлении, что правовое преследование является политической враждой, а не ответственностью за преступление. При ребрендинге партии грузинское общество не дождалось от «Нацдвижения» признания преступления. Съезд показал, что «Нацдвижения» отказалось от признания и покаяния в преступлении. То, что лидеры партии опять преподнесли тему восстановления справедливости как политическое противостояние, вполне естественно, но сделает ли из этого выводы «Грузинская мечта», я не знаю. Атакующий гонор в политической риторике «Нацдвижения» является результатом пассивности «Грузинской мечты».
- Ваш коллега Вахтанг Дзабирадзе обратился к премьеру с открытым письмом – «Запоздавшая реакция на открытое письмо премьера». О том, что он готовил обращение к Иванишвили, Дзабирадзе сообщил на встрече премьера с экспертами. Главная суть письма такова – «Миссия Иванишвили – создание современного грузинского государства, а не преждевременный уход из политики». Этим письмом господин Дзабирадзе попытался убедить премьера, чтобы тот не уходил из политики. На ваш взгляд, насколько велика вероятность того, что после ухода Иванишвили из политики процессы могут пойти в нежелательном направлении, как это предвещает господин Вахтанг? На ваш взгляд, какой будет реакция премьера на письмо Вахтанга Дзабирадзе и учтет ли Иванишвили совет вашего коллеги?
- На встрече премьера с экспертами мы увидели – Иванишвили считает, что в своих открытых письмах дал исчерпывающий ответ на этот вопрос, а эксперты сами виноваты в том, что его слова не были поняты. Для него совершенно неприемлем спор по поводу ухода из политики. Не думаю, что ответ Дзабирадзе его удовлетворит, потому что те проблемы, которые рассмотрены в письме Вахтанга, например, возможный распад коалиции, борьба за места в государственных кругах и партии, премьер считает решенными благодаря качествам его команды. Ему нравится эта команда и он не видит в ней проблем. На таком фоне аргументы Дзабирадзе для него приемлемыми не будут.
- Уже известно, что после экспертов и журналистов премьер встретится с представителями НПО. Форма встречи с экспертами и журналистами вызвала в обществе неоднозначные оценки. На ваш взгляд, какую цель преследует и что хочет сказать премьер, показывая такие встречи и устраивая обсуждения в прямом эфире?
- Цель таких встреч – премьер хочет сделать свою позицию ведущей и убедительной. Он считает, что должен говорить с теми членами общества, которым верит общество, я имею в виду экспертов, СМИ и др. На мой взгляд, тут допущена ошибка. Этим мнением мы поделились и с премьером. Он зря думает, что общество верит экспертам. На встрече с премьером было несколько экспертов, которые в 2003 году заявляли, что недопустимо передавать «националам» всю власть. Кто-нибудь в это поверил?! Так что, преувеличенная оценка аналитиков вызывает в обществе раздражение, вместо того, чтобы появилась тенденция, когда к их словам будут прислушиваться или анализировать. Эта проблема совсем не нова.
Неоднозначна и реакция общества на эту встречу. Прямо говоря, большая часть общества обрадовалась тому, как премьер сравнял с землей экспертов. Эта радость может существовать по отношению к тем людям, которые часто видны на экранах. Редко можно было услышать такое мнение, что таким шагом в первую очередь Иванишвили навредил самому себе.
Слова Иванишвили о министрах могут вообще лишить экспертов желания вести диалог с обществом. Большинство экспертов, которые были на встрече с премьером, в основном защищали тот политический курс, который проводят нынешние власти. Если защиту этого курса не оценивает ни тот, кто его формирует, в частности – Иванишвили, ни тот, для кого этот курс выгоден, в частности – общество, то для чего тогда мы говорим?! Только для того, чтобы журналисты не остались без респондентов?! Вырисовывает приблизительно такая картина.
Наверное, аналогичная картина возникнет и в СМИ и НПО. Возможно, мы получим тяжелую картину в том плане, что эксперты, медиа, неправительственные организации, которые были у Иванишвили, если будут хвалить его, то это сочтется «подхалимством», а если будут критиковать – то это назовут раздражением, и в обоих случаях им никто не поверит. То, чего может добиться Иванишвили такими шагами, будет девальвация слова этих людей, которые в публичном пространстве защищают его курс.
Если проследить за соцсетями, можно заметить, что восхищены этими встречами премьера в основном сторонники «Нацдвижения». На фоне такой ситуации для чего нужен был Иванишвили цикл встреч с экспертами и журналистами, почти непонятно. С другой стороны, если знаешь Иванишвили как личность, то понимаешь, что он очень добрый, склонный к дискуссиям и спорам человек, и он решил спорить с теми, с кем хотел – со своими сторонниками.
Просто Иванишвили плохо уяснил, что занимающие высокие политические посты люди не имеют право быть простыми людьми, потому что их шаги вызывают другие результаты. Потому что он не знает политику, он хочет из нее уйти. Он испытывает дискомфорт из-за того, что все его высказывания и шаги часто приводят к сложностям. Он не привык к такому дискомфорту. Я совершенно согласен с Вахтангом Дзабирадзе в той оценке, какую он дает тем осложнениям, которые могут возникнуть в случае ухода Иванишвили из политики. Но он не учитывает то, какие проблемы может вызвать неуход Иванишвили из политики, который плохо чувствует себя в статусе политика и может создать своему правительству проблемы. На мой взгляд, встречи Иванишвили с экспертами, журналистами и неправительственным сектором являются проявлением конфликта между его характером и статусом.
- В последнем эфире передачи Инги Григолия «Большая политика» ответы Ираклия Гарибашвили на вопрос о будущем премьер-министре оставили впечатление, что после ухода из политики Иванишвили назовет премьером именно Ираклия Гарибашвили. Как сможет менее опытный Гарибашвили управлять политическими процессами в ранге первого лица страны?
- К сожалению, я не смотрел эту передачу, но вообще кандидатура Гарибашвили сразу же стала рассматриваться на этот пост, как только Иванишвили заявил о намерении уйти из политики. Гарибашвили имеет проблемы с политическим опытом, следовательно, я не знаю, насколько комфортной будет эта должность для самого Гарибашвили. Если водитель за рулем испытываем дискомфорт, машина может попасть в аварию.
С другой стороны, если учесть тот темп, с которым Гарибашвили разобрался в МВД и сохранил стабильное положение в плане криминогенности в стране, думаю, он так же быстро освоится в новой роли. Насколько он сможет преодолеть это новшество, покажет время. На таких высоких должностях люди не рождаются, но возможность справиться с этой высотой проявляется лишь тогда, когда ты достигаешь этой высоты.
Беседовал
Коба Бенделиани
