Вано Мачавариани – Новая политическая реальность должна использоваться для прогресса страны, а не для междоусобного разбирательства
- Своим преемником Иванишвили назвал Ираклия Гарибашвили. На эту тему сделано много комментариев, но если уделить внимание комментариям членов правительства и политсовета «Грузинской мечты», то не останется незамеченным тот факт, что выдвижение кандидатуры Гарибашвили было личным решением Иванишвили, а не правительства и правящей коалиции. Факт, что команда согласилась с выбором Иванишвили. У вас не осталось такого впечатления?
- Иванишвили является ярко выраженным политическим лидером «Грузинской мечты». За год существования у коалиции нет другого лидера, поэтому неудивительно, что в вопросе выбора премьера решающей оказалась позиция Иванишвили. На мой взгляд, ведущие лидеры коалиции знали о том, кто будет премьером, а кто не знал, серьезно подозревал, что выбор падет именно на Гарибашвили, исходя из того опыта, который есть у него в бизнесе и экономике. Так что в таком выборе Иванишвили нет ничего неожиданного, удивительного и скандального. Было озвучено то, о чем думали многие внутри или вне коалиции – преемником премьера стал Гарибашвили или человек со схожими качествами.
- На встрече экспертов с премьером Важа Беридзе обвинил премьера в фаворитизме в вопросах кадровой политики. События показали, что претензии Важи Беридзе не были лишены основания, так как на ключевых позициях грузинской политики находятся выбранные Бидзиной Иванишвили люди...
- Эту терминологию я комментировать не могу, так как считаю ее безадресной. Тут можно говорить о том, кто за год проявил себя внутри коалиции. В команде хорошо знают, кто на что способен. Руководящие политические фигуры реально знают возможности всех членов команды, поэтому выдвижение кандидатуры Гарибашвили никого не удивило. Реальность такова – коалиция сделала выбор в пользу сильной личности внутри коалиции. Поэтому я говорю, что в такой ситуации разговоры о фаворитизме являются преувеличением. К тому же, фаворитизм в бизнесе и политике с точки зрения терминологии имеет немного другое значение.
- Иванишвили часто заявляет, что он не политик, но он смог безболезненно сменить достаточно сильную с организационной точки зрения власть Саакашвили и теперь покидает политический Олимп по собственному желанию. В политической истории современного мира таких примеров немного. Но что может означать выдвижение на пост главы государства избранного им же человека? Как будет влиять на грузинскую политику добровольный уход Иванишвили, в то время как в грузинской реальности еще слабы демократические институты и многое зависит от личностей?
- Я не считаю Иванишвили только бизнесменом и филантропом. На протяжении последних 20 лет он активно был включен в грузинскую политику, содействуя разным проектам. Наблюдая за грузинской политикой, он увидел тот момент, что Саакашвили и его команда приближаются к концу своего правления, и очень хорошо использовал это для того, чтобы изменить политическую реальность. Он считал, что еще 5 лет правления Саакашвили заведут страну в тупик в сфере экономики, политики и безопасности. Такие личности есть и в других странах – в Европе, Америке, Японии. В США у республиканцев и демократов есть влиятельные и умные люди, которые кроме своего дела заботятся и о развитии страны. С их мнением всегда считаются. Было бы хорошо, чтобы подобных Иванишвили людей было много. Чтобы они не скрывали своих взглядов, мнения и активно участвовали в политических процессах. Саакашвили так запугал успешных людей, что никто не хотел издавать голос. На самом деле, бизнес-лидеры всегда имеют свое представление о развитии страны и идеологии. На протяжении 9 лет они молчали и не участвовали в политических процессах и обсуждении этих вопросов.
Такой опыт не нов для политических систем. Когда такие лидеры поддерживают конкретную партию, содействуют ей проводить свои взгляды и программы, это ново для нас, но на самом деле в этом случае мы не имеем дело с особенным феноменом.
- Что касается того, как повлияет и какие коррективы внесет в грузинскую политику пример добровольного ухода Иванишвили из политики...
- Иванишвили считает, что он выполнил свою основную миссию – фактически, развалил систему властей Саакашвили и привел в политику новые политические силы. Сейчас Иванишвили хочет, чтобы основную тяжесть политической деятельность взвалили на себя те политические силы, с кем вместе он собрал политическую команду и победил на выборах «Нацдвижение». Эта команда вместе с Бидзиной Иванишвили сменила власть. Сейчас эта команда получит возможность осуществления той программы, с которой они пришли к власти – вывести страну из экономического тупика, противостояния с Россией и претворить в жизнь экономические и социальные программы.
На мой взгляд, решение Иванишвили об уходе из политики положительно скажется на политических процессах. В ином случае мы бы вновь имели дело с доминантной фигурой, кроме которой общество никого бы не видело, и наша политическая система не смогла бы полноценно развиваться.
С этой точки зрения уход Иванишвили из политики является положительным событием. Команда и коалиция, которую он оставил, будут действовать по тому плану, с которым они победили на выборах.
- Большинство наблюдателей выразили надежду, что в отличие от прежних властей, в стране реально будет коллективное управление. Вы тоже так считаете?
- Бесспорно, что сейчас есть больше возможностей для того, чтобы страной управлял не один человек. Новоизбранный президент Георгий Маргвелашвили, будущий премьер Ираклий Гарибашвили и председатель парламента Давид Усупашвили являются теми людьми, которые хорошо понимают как свою компетенцию, так и свои возможности. Им хорошо известно, что они должны делать и что не должны делать.
Кроме того, у них уже есть опыт сотрудничества внутри коалиции. Можно сказать, что как это было при прежних властях, страной больше не управляет один человек. На мой взгляд, их сотрудничество будет действенным и позитивно отразится на стабильности и развитии страны. Я уверен, что они не начнут ссориться и власти постепенно начнут решать тех проблем, с которыми они пришли к власти, найдут реальные пути для их решения.
- Что, на ваш взгляд, должно измениться в том стиле правления, который до сих пор был у «Грузинской мечты», для того, чтобы новое правительство было более эффективным в своей деятельности, и какие коррективы внесет в него Ираклий Гарибашвили после вступления в должность премьера?
- С точки зрения распределения функций очень важно, чтобы исполнительные и законодательные органы и офис президента были действенными и выполняли именно те функции, которые возложены на них по конституции. Очень важно, чтобы они учли те ошибки, которые допускали их предшественники, и исправили те недочеты, которые есть в этих институтах.
Несмотря на то, что президент формально не является ведущей фигурой, на тему внешних отношений и безопасности президенту, как главе государства, придется играть очень активную роль на международной арене, в развитии тем безопасности и связях с внешним миром. В то же время он должен выполнять важную функцию по балансированию между ветвями власти, что обычно требуется в случае с законодательной и исполнительной властями. Исходя из того консенсуса, который есть в политическом пространстве и который возник после выборов, президенту это вполне по силам.
Премьер Ираклий Гарибашвили, с учетом его связи с бизнесом, имеет серьезные навыки для того, чтобы быстрыми темпами перевести экономику на новую ступень развития. Факт, что внешние инвесторы взяли паузу, пока у нас не прошли выборы, не завершился период двоевластия и Саакашвили не ушел с политической сцены. Общение с бизнес-кругами для Гарибашвили не ново, поэтому с поста премьера он может сбалансировать те вопросы, которые будут нужны для развития экономики. После того, как он стал главой МВД и ознакомился с темой внешних и внутренних угроз, это позволит ему быть эффективным премьер-министром. Очень важно то, как он сможет сформировать свою команду, которая будет работать над достижением конкретных целей. С этой точки зрения, я жду определенных перестановок в правительстве. Несмотря на положительную оценку действий некоторых министров, в определенных сферах есть проблемы с прогрессом.
Что касается парламента, Давид Усупашвили работает очень эффективно. Он может работать не только с коалицией, но и с оппозицией. Как видно, работают старые связи и помогают сохранять стабильность и развиваться. Сейчас это стало возможно, так как раньше Саакашвили был доминантной фигурой в партии, я теперь он постепенно уходит на второй план и теряет свое значение. Новая политическая реальность должна использоваться для прогресса страны, а не для междоусобного разбирательства.
- После ухода Иванишвили из политики многие говорят о его влиянии на политические процессы, на как вы на это смотрите? И еще, с учетом того, что ключевые посты премьера и секретаря совета безопасности займут представители «Грузинской мечты», не означает ли это, что Иванишвили планирует усилить лишь одну партию из коалиции?
- Очевидно, что «Грузинской мечте» нужно усиление, а коалиции нужна большая кристаллизация. Те процессы, которые должны были начаться год назад, не принесли должного результата. На самом деле, нам вряд ли удастся избежать того, чтобы в усилении партии определенную роль играли те политические фигуры, которым под силу объединить команду и сформировать реальную партию. Исходя из этого, я не исключаю, что в этом процессе в какой-то мере будет участвовать и Иванишвили. Я не люблю загадывать, поэтому давайте внимательно наблюдать за развитием событий. Лучше анализировать то, насколько позитивно или негативно отразится это не только на коалиции и партии «Грузинская мечта», а на развитии страны.
- Что может означать назначение Ирины Имерлишвили на пост секретаря совета безопасности? По словам Гии Нодия, это означает, что «и формально Маргвелашвили не будет независимой фигурой. Маргвелашвили не имеет амбиций по превращению института президента в сравнительно слабый, но все же независимый центр, как это подразумевает коалиция». По его словам, президент назначил секретарем совета безопасности того человека, «кого ему посоветовали» и «теперь уже не имеет значения то, кто будет президентом». Вы тоже так восприняли назначение Ирины Имерлишвили на пост секретаря совета безопасности?
- Могу прямо сказать, что это ложная версия. Ирину Имерлишвили выбрал именно Маргвелашвили. Она член его команды. Во время выборов она проявила себя как член команды, активно участвовала в предвыборной кампании. Администрация президента Маргвелашвили будет укомплектована по командному принципу. С учетом того, с кем может работать Георгий для достижения тех целей, которые будет ставить перед ним конституция – будь то внешние отношения, безопасность или оборона. С этой точки зрения Ирина Имерлишвили выделяется квалификацией, политическим опытом, проницательностью, генеральским чином и близкими отношениями с Маргвелашвили, и это правильный выбор.
Кроме того, совет безопасности это институт, а не один человек, вокруг которого объединится очень много профессионалов. В него входят руководители правительственных ведомств, которые будут непосредственно включены в работу над достижением таких целей как оборона страны, строительство армии и безопасность.
- В прессе муссируется информация, что на пост секретаря совета безопасности рассматривалась и ваша кандидатура. Насколько это соответствует действительности?
- Так вопрос не стоял. Не скрою, что я работал в предвыборной кампании Маргвелашвили руководителем группы по международным и экономическим отношениям. На мой взгляд, эта группа поработала очень позитивно. Мы продолжаем консультации, до 17 ноября, т.е. до инаугурации, осталось еще много дел. С этой точки зрения, продолжается наше сотрудничество с той группой экспертов, которые работали в его команде над направлениями внешней политики и безопасности. Поэтому я и в будущем не исключаю сотрудничество с аппаратом президента.
- Скоро состоится инаугурация Георгия Маргвелашвили и Саакашвили отойдет от активной политики. О возможной стратегии его действий в публичном пространстве после истечения президентского срока высказывается много мнений. Как вы представляете активность экс-президента Саакашвили и, предположительно, как его активность будет влиять на политические процессы?
- Естественно, Саакашвили знает, с какой политической реальностью он имеет дело. То, что страны Европы и США призывают Грузию не сворачивать с европейского пути и не становиться второй Украиной, которая столкнулась с проблемами, является заслугой именно прежних властей и лично Саакашвили. То, что правовое преследование представителей прежних властей Запад воспринял как политическое преследование, также является заслугой Саакашвили. Он считает, что исходя из этого он имеет определенные гарантии и обязательно продолжит политическую деятельность, будет критиковать действия «Грузинской мечты» и все то, что новое правительство будет считать успехом, он будет представлять в негативном свете. Он попытается умалить достижения властей внутри страны и за ее пределами. Он будет следовать цели – возвращению «Нацдвижения» к власти. Но насколько велика будет в этом роль Саакашвили, сказать пока что трудно. Это будет зависеть от того, насколько «Нацдвижение» сможет утихомирить ненасытное эго Саакашвили.
В «Нацдвижении» появились новые лидеры, которые не надеются только на Мишу. Сама партия попытается сбалансировать Саакашвили и сделать его релевантным. Я вижу, что Саакашвили не остановится. Если он сможет пересесть на другие рельсы, встать на службу страны и оценивать процессы не с узко партийной точки зрения, это будет шагом вперед с его стороны. На самом деле, изменить людей очень сложно, но я надеюсь, что он все же не выйдет за рамки и не будет темной лошадкой, от которой постоянно ждут сюрпризов и которая всегда будет говорить только о негативном.
Беседовал
Коба Бенделиани
