Заза Пиралишвили – Мы вступаем в очень опасную и сложную фазу

Об актуальных вопросах внешней и внутренней политике «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с философом Зазой Пиралишвили.

- ПАСЕ лишила Россию права голоса до конца 2014 года из-за аннексии Крыма. Очевидно, что Россия заслуживала и отчисления, но Европа не пошла на этот шаг. На ваш взгляд, почему? Трудно поверить, что европейцы не видят роста шовинистически-империалистических тенденций в России и того, что Россия становится все больше похожей на Германию 30-х годов прошлого века...

- Как видно, мы рассматриваем текущие события как прелюдию если не к боевым действиям, то резким и масштабным решениям. Европейские взгляды отличаются. Они вовсе не горят желанием крайне обострять события и немедленно приступить к созданию нового политического или экономического рельефа. Тут же следует учесть и то, что по-разному относятся к этому в Западной и Центральной Европе, где сильны надежды на завершение истории и установление в ближайшем будущем либеральной гармонии, и в тех странах, которые вырвались из пространства исторических экспериментов России всего 20-30 лет назад и являются носителями живой исторической памяти.

События развиваются так, что Запад вынужден признать, в лице России у них не партнер, а тот, кто неприкрыто противостоит ему и пытается построить свою стратегию на, мягко говоря - странной, концепции альтернативного «русского мира». Думаю, недалек тот день, когда на Западе окончательно похоронят надежды на демократизацию путинской России и включение в международное сотрудничество.

Если учесть и то, что Путин смог сделать Европу зависимой от российских энергоносителей, а в европейских политических кругах появилось много таких, кто неприкрыто был связан финансовыми интересами с «Газпромом», то сегодняшнее развитие событий не покажется нам неожиданным.

Пока Путину удавалось камуфлировать свои решения под угрозу международного терроризма и международное право, было легко, европейским гражданам желаемое казалось действительным. Сегодня Путин абсолютно искренне, открыто представил свою страну как противостоящую всему остальному миру. Не стоит ждать, что проблема решится в ближайшие дни или месяцы. Экономические санкции нужно хорошо просчитать, чтобы не навредить собственной экономике. Следует учесть и то, что очень многие транснациональные компании занимаются бизнесом в России. Что касается военных действий, с этим все обстоит еще сложнее. Война – это не компьютерные стратегические игры. Тут нужны огромные ресурсы и человеческие жертвы.

На первый взгляд видно так, что Запад проиграл войну за Крым и теперь очередь за Восточной и Южной Украиной. Естественно, это проигранные битвы, но в то же время – результатом этих битв является «холодная война» со своими растянутыми во времени психологическими играми и геоэкономическими решениями, гонкой вооружения и другими факторами. В ближайшие годы мы станем свидетелями того, как изменится картина геоэкономики и распределения энергоносителей нашего мира. Для этого нужно время. Для меня очевидно, что Россия, громко объявив о своих империалистических намерениях, вынесла себе приговор. Чем больше времени проходит, тем меньше шансов остается у России для отступления. После определенной критической черты отступление будет равноценно появлению подозрений в отношении собственной государственности.

Если империя не живет в режиме постоянной экспансии, она распадается. Путин делает только то, чего от него требует это огромный имперский организм. Но пока этот приговор вступит в силу, утечет много воды, все эти процессы могут болезненно отразиться на истории таких маленьких стран, как Грузия. До конца империи предстоят полные драматизма и кровопролития годы. Нужно сделать все для того, чтобы наше дистанцирование от империи не означало занятие позиции в эпицентре геополитического противостояния.

- На прошлой неделе российский патриарх Кирилл призвал православную паству к консолидации и борьбе с цивилизованным миром. В его обращении была очевидна риторика времен Второй мировой войны и попытки перефразирования слов Сталина. Например – «Мы раньше побеждали фашизм, победим и сегодня. Объявляется мобилизация против русофобов, в частности – фашистов-бандеровцев, незаконной киевской хунты. Наше дело правое. Мы победим!». На ваш взгляд, что может означать призыв российского патриарха?

- Мы вступаем в очень опасную и сложную фазу. Такие заявления не имеют ничего общего с христианством. Это можно назвать лишь религиозно камуфлированным имперским пафосом. О каком христианстве идет речь, когда ни одному выдающемуся российскому религиозному деятелю не пришло в голову призвать свою паству к раскаянию за совершенные перед человечеством за 70 лет преступления. Призыв немецких религиозных лидеров двадцатилетней давности, когда те призвали Россию и Германию простить друг другу совершенные преступления, в России вызвал лишь самодовольные ответы – за нами никаких грехов нет, а вам нужно раскаяться.

Как видно, Кирилл также находится в плену имперской риторики. Он даже не задумался, какие процессы вызовет его заявление в России – скоро в этой стране станет опасно жить любому нерусскому человеку. Я уже ничего не говорю о том, какие центробежные силы в нерусских регионах. Такими заявлениями они создают вокруг своей страны вражеское окружение. Пробудившаяся однажды империалистическая инерция растет подобно лавине. С другой стороны, также растут антироссийские настроения вокруг России и во всем мире. Недалеко до того дня, когда недоверие и страх по отношению к российской империи, станут всеобщей нормой. Потом уже ничему не помочь дипломатическим лицемерием или манипулированием энергоресурсами. Такими заявлениями и поведением российская политика ставит себя в такое положение, когда диалог с ней становится не только нежелательным, но и недопустимым. Сегодня в России, как видно, это понимают лишь единицы. Большая часть находится в плену империалистической инерции.

Нас ждут сложные процессы. Все идет к тому, что очень скоро Запад будет вынужден признать, что попытки демократизации России были абсурдным историческим экспериментом и что империалистической психопатии мягкой политикой не поможешь.

После обретения независимости мы перенесли огромную боль, допустили множество ошибок, но когда ты слышишь подобные заявления, еще раз убеждаешься, что все это стоило того, лишь бы избавиться от этого мира.

Партиарх Кирилл еще в бытность митрополитом занял позицию главного идеолога возрождающейся российской империи, что наверно и определило его патриаршество. Десяток лет назад, выступая перед студентами МГУ, он прямо указывал Вселенскому патриарху, чтобы тот не считал себя Папой, чтобы помнил, что самой большой церковью в мире является Русская церковь, а в крайнем случае – Иерусалимская церковь.

Кто следил за мировоззренческими процессами в России 90-х годов прошлого века, заметил бы существующий там полный хаос и порой фантастические попытки установления своей идентичности. Именно в такой ситуации на первый план выходят Гундяев и Дугин, идеологическую и политическую роль которых сегодня трудно переоценить. Роль Русской церкви в сегодняшнем православном и христианском мире так же деструктивна, как и роль российского государства в европейском пространстве.

- На ваш взгляд, должна ли зафиксировать свое отношение к этому призыву патриарха Кирилла Грузинская православная церковь, или Вселенский патриархат, и каким, предположительно, оно должно быть?

- Что касается позиции нашей церкви, от нее не стоит ждать острых заявлений, во-первых, по причине особенности церковной политики, а во-вторых, по причине неоднозначного отношения самой церкви.

Позиция Русской церкви – очень серьезная проблема для нас. Многие наши верующие не видят разницу между евхаристическим союзом и политическим альянсом. Российский империализм и путинская пропаганда играет в Грузии именно на этом, к тому же примешивает к этому союзу сарказм сталинизма.

- Никто не сомневается в том, что, несмотря на жесткие заявления Запада, активность пророссийских групп на Востоке и Юге Украины и объявление «республик» в некоторых регионах управляется из России. Остается впетчатление, что Кремль сделал выбор в пользу действия по сценарию 20-х годов 20-го века. Сначала он хочет создать картину или иллюзию беспредела и безвластия в Украине, а затем перейти к активным действиям...

- Было трудно представить, что украинские власти примут быстрые и резкие меры. Эта страна сегодня находится не только на грани интервенции со стороны России, но и перед угрозой гражданской войны. Любой необдуманный шаг может запустить детонатор. Прибавьте к этому то, что страна находится на грани экономического коллапса. Для активного противостояния, как известно, нужны огромные ресурсы. Поэтому я хорошо понимаю украинские власти, которые до сих пор пытались перевести борьбу в режим растянувшегося позиционного противостояния. Затягивание процессов принесет России тяжелые результаты. Заработают введенные Западом санкции. Заработают другие рычаги холодной войны. Скоро в Крыму эйфорию победы перекроет экономическая реальность.

Вместе с лавинообразным усилением российского национализма возрастет активность нерусских центробежных сил. Под вопросом окажется авторитет Путина внутри страны. Сейчас главное – запустить эти механизмы. Впрочем, на данном этапе украинским властям не осталось ничего другого, кроме как проявлять государственную волю. В противном случае процессы станут неуправляемыми. Именно поэтому нужно начать антитеррористическую кампанию.

Невероятно, чтобы в кулуарах Кремля хотя бы кто-нибудь не понимал, куда ведет страну Путин. В случае затянувшегося противостояния эти силы станут еще активнее. Я не говорю о том, якобы в российской политике у кого есть обостренное чувство справедливости. Просто, политика Путина может привести страну к реальному распаду. Через пару лет эта угроза станет очевидной.

- Председатель парламента Грузии Давид Усупашвили обратился к европейским коллегам с таким вопросом – «Нам нужен ответ на вопрос – что предпримет НАТО, если Грузия станет очередной целью России?». Остается впечатление, что у Запада нет ответа на этот вопрос...

- Запад все еще разрабатывает свою политику по отношению к России. Кроме того, на такой прямой вопрос нам ответят разве что в кулуарах. Военного вмешательства НАТО стоит ждать лишь в крайнем случае, а не на первом же этапе конфликта между Западом и Россией.

Исходя из того, что Украина начала антитеррористическую операцию, виден косвенный ответ на вопрос Давида Усупашвили. Такую операцию они бы не начали без согласия Запада и получения от него определенных гарантий. Как видно, Запад почувствовал приближение той критической черты, после которой лишь экономических санкций было бы недостаточно. Сейчас главный вопрос заключается в том, чем ответит Россия на антитеррористическую операцию. Я подозреваю, что для стратегов Кремля даже воздержание равноценно признанию собственного поражения.

Я все же думаю, что на данном этапе нам не угрожает военная интервенция. Россия вынуждена полностью направить свои ограниченные ресурсы в Украину.

- Как вы оцениваете ситуацию во внутренней политике Грузии? И еще, на ваш взгляд, что вы считаете самой большой опасностью для Грузии на фоне сегодняшних вызовов?

- На мой взгляд, главная проблема заключается в активности путинских сил. Несколько лет назад этого никто не мог представить. Давайте на минуту допустим, что они добились своей цели. С одной стороны, это было бы окончательной исторической капитуляцией нашей духовности, после которой уже нельзя было бы говорить о каких-либо исторических перспективах, а с другой стороны – это будет позором, который не смогут смыть и последующие поколения.

Поэтому я уверен, что у этих сил нет политической перспективы. Грузинский народ еще не потерял самолюбие и желание жить. Впрочем, сам факт, что у нас в начале 21-го века стало возможным выступление с путинской пропагандой, является довольно тяжелым.

Нужно согласиться, что тезис – западная ориентация плоха тем, что плохо «Нацдвижение» - типологически таков же, как и заявления многих наших доморощенных либералов – «церковь плоха, потому что часть духовных лиц не соответствует своему делу». Некоторые идут еще дальше и затрагивают все христианство. Я скажу банальность: нельзя отождествлять какую-либо идею и человека, который пытается ее осуществить или осуществляет ее плохо. Нам многие не нравились в национальном движении, но, упаси Господь, сомневаться из-за этого в самой идее независимости. Не вызывают восторга и многие наши либералы или верующие. Чем благороднее идея, тем больше незрелых, социально непригодных, а иногда и негодяев пытается прикрыться ею и придать значение собственной персоне. К этому нужно привыкнуть. Так было с момента зарождения человечества и так будет до его конца. Хотим мы того или нет, нам постоянно придется быть начеку, чтобы все благородное и ценное само по себе не запачкали недостойные люди. Или чтобы мы не начали сомневаться в ценности самой идеи по причине существования этих безобразных людей.

Именно эти безобразные люди превращают христианство в фундаментализм, идею социального равенства – в большевизм, либерализм – в политкорректность, идею национальной независимости – в национально-мистический бред и т.д.

Будто бы они специально засели в засаде, чтобы отразить все благородные идеи в кривом зеркале своего разума и лишь потом представить их нам. Одним из признаков нашей зрелости будет и то, если мы научимся находить разницу между идеей и ее уродливым двойником и вытесним маргиналов на периферию общественной жизни. Согласитесь, что сегодня они играют чересчур большую роль в нашей жизни именно потому, что мы не можем отличить идею от тех, кто к ней примазался.

Сегодня необходимо хорошо осознать, что «Нацдвижение» не является монопольным владельцем идеи о европейской ориентации. Если что-то и мешает нам и нашей европейской ориентации, то это гиперактивность «Нацдвижения». Лидеры этого движения уже испортили все что можно и преподнесли грузинскому гражданину европейскую духовность как не естественную для него среду, а чуждую, вражескую и опасную. Этим сегодня продолжают заниматься наши экстремисты-либералы, невольно или намеренно создавая основу для путинской пропаганды.

Перед самими «националами» тоже стоит серьезная проблема. Они не могут мобилизовать моральные и интеллектуальные силы. Возникает ощущение, что некоторые из них серьезно планируют вернуться к власти по сценарию 2003 года или с помощью «евромайдана». Сегодня эта партия находится в состоянии заложника инстинкта самосохранения нескольких человек. Пока это продолжится, «Мечте» ничего не грозит.

И все же, благодаря акции 13 апреля стало видно, что в Грузии существуют исторические ценности, поддержку которым могут объявить даже политические противники, не видя в этом ничего неудобного. Это уже является признаком начала политической зрелости.

Это означает, что в какой-то степени идеи больше не персонифицируются и мы обозначили путь избежания режима постоянной гражданской войны. Каким бы слабым не был этот признак, он есть и его нужно беречь.

Беседовал

Коба Бенделиани