Корнелий Какачия – Если конфликт в Украине завершится по российскому сценарию, в Грузии может измениться политический ландшафт
- Россия начала открытую военную агрессию против Украины. Факт, что Украина в одиночку не сможет справиться с российской агрессией. Факт и то, что Запад пока лишь обсуждает ситуацию в Украине. Остается впечатление, что до Уэльского саммита НАТО Россия пытается установить контроль над максимальным количеством украинских земель и предъявить свои условия как Киеву, так и Западу. Как вы оцениваете ситуацию в Украине и реакцию международного сообщества на эти события?
- Как отмечают многие западные аналитики, как удивительно бы это не звучало, Киев, в принципе, выиграл первый этап этой гибридной войны против России. Но как только Москва поняла, что таким путем у Украины войну выиграть не получается, она отправила туда свои военные подразделения, чтобы ополченцы не потерпели поражение. Это подтверждается многими источниками.
Я согласен с мнением, что в этой т.н. необъявленной войне Украине будет трудно победить в одиночку. Этот вопрос очень важен не только для Украины, но и для всей европейской безопасности, а также и для нашей страны.
На мой взгляд, Путин преследует в Украине несколько целей. Он пытается добиться федерализации Украины. Он не хочет иметь влияние только на восток Украины и Крым. Цель внешней политики России – полностью восстановить влияние на постсоветском пространстве. Сейчас для нее главное – успешно завершить этот процесс в Украине. Пока это не удается, поэтому Кремль проводит такую политику.
Но не исключено, что Москва имеет и другие сценарии развития событий. Если внимательно пересмотреть заявления Путина и других высокопоставленных российских чиновников, можно будет убедиться, что они делают взаимоисключающие заявление. В качестве примера можно взять их заявления о Малороссии. Путин говорит, что Киев должен думать о том, чтобы эти территории имели государственный статус со своими институтами, но на каком-то этапе эти заявления дезавуируются. Остается впечатление, что сам Путин не определился с тем, каким он видит будущее восточных регионов Украины. Кремль пытается не допустить формирования независимого украинского государства и его полноценного членства в западных институтах.
- На то, что вы отметили, указывают и заявления вице-премьера т.н. ДНР Андрея Пургина и председателя т.н. верховного совета ЛНР Алексея Карякина, сделанные на встрече контактных групп в Минске. Они отмечают, что Донецкая и Луганская республики готовы остаться в составе Украины, но при определенных условиях. С другой стороны, итальянская газета La Repubblica распространила информацию о телефонном разговоре между Баррозу и Путиным, в ходе которого президент России сказал – «Если я захочу, то возьму Киев за две недели». На фоне бездействия Запада и многочисленных планов Кремля относительно Украины как могут развиваться процессы?
- Динамика конфликта меняется почти каждый час. Очень трудно прогнозировать, как будут развиваться события. Если проанализировать упомянутые вами два случая, можно увидеть, что Россия давно пытается вынудить киевские власти начать переговоры с донецкими и луганскими сепаратистами. Этот сценарий Россия апробировала как в Абхазии и Южной Осетии, так и в Приднестровье. Москва предлагает Киеву сценарий т.н. замороженных конфликтов. В Кремле знают, что в такой ситуации команде Порошенко будет сложно как противостоять Москве, так и сохранить власть. Это хорошо знают и в Киеве. Наверно поэтому в Минской встрече от Украины участвует экс-президент Кучма. Несмотря на то, что на той же встрече находится и представитель официального Киева, видно, что Киев не интересуют отношения с сепаратистами. Киев не хочет попадаться в ловушку, которую ему поставила Москва.
Что касается телефонного разговора Путина и Баррозу. На Западе не осталось человека, который бы сомневался в намерениях Путина. Просто дело в другом – насколько готов Запад заплатить цену, которая нужна для приостановления имперских амбиций России. Сейчас это самый актуальный вопрос в повестке дня.
- Пока Запад решит, что делать, чтобы остановить Россию, складывается такая картина – Донецк и Луганск больше контролирует Россия, чем Украина. Демонстрируемая Западом беспомощность оставляет впечатление, что в кулуарах международной политики уже состоялся Мюнхен-1938 или Ялта-1944 и говорить об этом главные персонажи мировой политической сцены пока избегают. Вы так не считаете?
- Очевидно, что в западном мире есть проблема лидеров. Экономические отношения между Россией и рядом стран ЕС содействуют этому.
Очень важный вопрос, почему Запад проигрывает в противостоянии с Россией. Принятые Западом решения являются реакцией на действия России. Запад всегда на шаг отстает от решений России. Также это можно объяснить тем, что в Евросоюз входят демократические страны, решения принимаются коллективно, в принятии решения участвуют государственные институты и для принятия практических решений необходимо время. Россия – авторитарное государство и все важные решения там принимает Путин. Он принимает решения быстро. Поэтому Запад всегда находится в режиме реагирования.
Что касается сравнения нынешней ситуации с 30-мы и 40-мы годами прошлого века. В этом есть некоторая логика. Исходя из своей беспомощности, западная политика склоняется к принципам Макиавелли, что подразумевает использование на практике двойных стандартов. Примером этого может послужить политика Германии в отношении Украины. Правительство Германии отказывается поставлять оружие Украине, но в то же время поставляет оружие курдам, которые воюют с исламистами. Я понимаю, что этот вопрос также важен для международной политики, но такие двойные стандарты неприемлемы для ситуации в Украине. На Западе часто говорят, что если мы поможем Украине оружием, из-за плохой подготовки украинской армии нет никакой гарантии, что это оружие не окажется в руках России. По этой логике нет никаких гарантий и того, что немецким оружием не завладеют исламисты. Поэтому я говорю – Западу часто вредит политика двойных стандартов.
- В Интернете распространилось заявление уважаемого политического деятеля США Збигнева Бжезинского. Он прогнозирует установление нового мирового порядка. По его словам, «настало время беспрецедентной нестабильности. Сейчас установление нового мирового порядка будет зависеть от отношений США и Китая». Как поясняет Бжезинский, «Китай не так глуп, как Россия, и он начнет сотрудничать с США». На ваш взгляд, Китай согласится на предложение Вашингтона – с помощью экономических санкций принять участие в экономическом ослаблении и последующем демонтаже России?
- Эта идея обсуждается в Америке уже более 10 лет. Между прочим, это было одной из причин того, что Америка перенесла свое внимание с постсоветского пространства на Юго-Восточную Азию и Китай. Как подтверждают сегодняшние события, это было неправильным решением, на что указывают многие американские аналитики.
Что касается отношений Китая с Россией и Америкой. Мы знаем, что оба эти процесса довольно противоречивы. Китай пытается играть в свою независимую игру. Экономики Китая и Америки довольно сильно зависят друг от друга. Это несмотря на то, что во многих вопросах их позиции резко отличаются и часто они даже противостоят друг другу. Экономическая взаимозависимость вынуждает эти два государства договориться об условиях взаимного сотрудничества.
Что касается отношений России и Китая, то и тут дело обстоит не просто. Считается, что Китай и Россия сотрудничают в стратегических вопросах, в Шанхайской и ряде других международных организаций. Я все же сомневаюсь, что Запад сможет настроить Китай против России. На фоне текущих событий Пекин считает, что его национальным интересам на международной арене ничего не угрожает. В отличие от России Китай пытается показаться «спящим тигром», который собирается свою гегемонию утвердить с помощью экономической мощи, а не военным, архаичными методами, как это делает Россия.
- Генеральный секретарь НАТО Расмуссен заявил, что в Грузии может быть создан военно-учебный центр НАТО. Также рассматривается возможность создания в Грузии специальной миссии, которая поможет министерству обороны проводить реформы и повышать обороноспособность. Не исключено, что после Уэльского саммита Грузию может посетить секретарь обороны США. Можно предположить, что НАТО и США заранее беспокоятся о Кавказе, чтобы и тут не повторились украинские события?
- Если оценивать эти факты в целом, можно сделать вывод, что Грузия движется в правильном направлении. Возможно, нам не всегда нравятся решения НАТО, но создание такого центра в Грузии указывает на то, что НАТО поздно, но все же понимает, что имперский аппетит России так быстро не утолить. НАТО переходит на стратегическую инициативу и в тех регионах, где ожидается напряженность, они планируют создать стратегические плацдармы. Если все это будет сделано, это поможет Грузии проводить реформы в оборонной сфере. Это хорошо, но все же это не то, что сегодня нужно для обеспечения безопасности Грузии. Пока не будет поставлен прямой вопрос о вступлении Грузии в НАТО, до тех пор архитектура безопасности Грузии будет оставаться хрупкой.
- Президент Маргвелашвили надеется, что на Уэльском саммите НАТО Грузия и Украина будут «в одном тандеме». Насколько велика такая вероятность?
- Это скорее желание, чем реальность. Несмотря на то, что грузинские власти стали проявлять активность в украинском направлении, все же заметно, что у них нет стратегического видения в отношении Украины. Раз до сих пор у грузинских властей не было синхронизированной с украинским кризисом политики, то вряд ли на Уэльском саммите Украина и Грузия будут «в одном тандеме». Кроме того, Украина лишь сейчас начинает пересматривать свой неблоковый статус и для сближения с НАТО ей потребуется больше времени, чем Грузии.
- Как и в большинстве стран мира, новый политический сезон начался и в Грузии. На ваш взгляд, как отразится украинский кризис на внутренней политике Грузии?
- Все зависит от того, как завершится конфликт в Украине. Не да Бог, но если конфликт в Украине завершится по российскому сценарию, в Грузии может измениться политический ландшафт. У нас и раньше не было недостатка в пророссийских силах и партиях. Если окажется, что Запад пожертвовал Украиной, я уверен, что пророссийские организации станут действовать в Грузии активнее и попытаются стать важной политической силой в грузинской политике. Их задачей будет смена внешнеполитического вектора страны и ведение политики без учета грузинских интересов за счет уступок с Россией.
- Не прекращаются разговоры об очередном разногласии между президентом и премьером относительно поездки в США. Президент заявил – «То, что происходит между двумя ветвями власти, является процессом претворения в жизнь новой конституционной реальности». Вы тоже так считаете?
- Я все же думаю, что в этом случае президент не до конца искренен. Общественность надеялась, что это происходит не из-за личного противостояния, а из-за неполноценности конституции. Но к сожалению, реальность говорит о другом. Заявления главы МИД на эту тему очень невыгодны для страны. Дрязги между государственными институтами уже вызывают смех и вредят международному имиджу Грузии. Министр иностранных дел не должен говорить, что подчиняется только премьер-министру, так как по конституции, так же как и все министры, он должен подчиняться главнокомандующему страны и главе государства. Вмешательство министра иностранных дел в спор между премьером и президентом выглядит неприятно.
Исходя из конфликта, в обществе бытует мнение, что некоторые силы в обществе пытаются приуменьшить роль президентского института. Это несмотря на то, что в конституции ясно написано, что на международной арене страну представляет президент. О деталях можно спорить, но этот разговор заведет нас очень далеко. Факт, что такие дрязги между президентом и премьером не способствуют укреплению позиций страны на международной арене.
Беседовал
Коба Бенделиани
