Сосо Цискаришвили - К сожалению, последние два года были очевидной попыткой навредить нашему будущему
О результатах внешней и внутренней политики 2014 года и перспективах 2015 года «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с президентом Клуба независимых экспертов Сосо Цискаришвили.
- Прошло чуть больше двух лет после того как «Грузинская мечта» сменила путем выборов «Национальное движение». Можно сказать, что в этом году можно подвести итоги за всю 2-летнюю деятельность правительства. Как вы оцениваете для страны и властей 2014 год и процессы 2013-2014 годов?
- Мы жертвы китайского проклятия, которое гласит - желаю вам жить в интересное время! Да, мы живем в интересное время, особенно, для тех, кто интересуется политикой. Последние два года нужно воспринимать как первую часть обещаний новых властей. Чтобы было более понятно, я использую футбольную терминологию. На мой взгляд, первый тайм - два года из четырех лет - завершился 0:1 в пользу «Грузинской мечты». Этот единственный гол в ворота «Нацдвижения» забил капитан команды по фамилии Саакашвили.
Что касается активности на футбольном поле, которое иногда похоже на здание парламента, можно сказать, что процент владения мячом распределился так: 65% - «Нацдвижение», 35% - «Грузинская мечта». Судя по активности, территориальным преимуществом владело «Нацдвижение», но тайм они проиграли по вышеупомянутой причине.
За эти два года произошло очень много нового для меня. Два года назад я не знал, что отношения двух политических сил в режиме взаимных проклятий на Западе называют сосуществованием. Результат налицо - это вредительское псевдо-сосуществование вызвало среди большинства нигилизм в ожидании тех политических процессов, которых так ждали.
- Что вы считаете самым позитивным и негативным событием 2014 года во внутренней политике?
- Есть самый важный позитив и самый важный негатив. Самым позитивным календарным днем было 27 июня, когда в Брюсселе было подписано соглашение об ассоциации с ЕС, а самым важным и вредительским для страны событием - одно вроде бы безобидное телеинтервью, во время которого господин Иванишвили публично раскритиковал своего же фаворита президента Грузии.
После этого мы не видели какого-либо баланса между ветвями власти. Мы стали свидетелями того, как на правительство Грузии было наложено вето в вопросах отношений с президентом. Этот негативный факт не прошел бесследно и для внешней политики. В этом плане есть некоторый прогресс, но до искренности еще очень далеко. Мне жаль, что эти дрязги и односторонние обвинения были абсолютно адекватно оценены международным сообществом и нашими партнерами, что лишь принижает имидж нашего государства.
- Прежние власти часто обвинялись в превышении полномочий, нарушении прав человека, присвоении чужого имущества, незаконных прослушиваниях, жестоком обращении с заключенными, монополизации политического и медиапространства. Оппоненты, в основном - «Нацдвижение», обвиняют правительство «Грузинской мечты» в немощности, неэффективности и некомпетентности. На ваш взгляд, насколько справедливы такие оценки оппонентов коалиции и чем вам самому запомнились власти?
- Старт был очень оптимистичным и касался политического мата бывшим властям, когда из тюрем освободились политзаключенные и невиновные люди. Эта амнистия, которую до сих пор не смогло переварить «Нацдвижение», было лучшей визитной карточкой для «Грузинской мечты». Мне жаль, что она не смогла довести это дело. По сей день не освободились от клейма шпионов люди, которые не имели ничего общего с подобным обвинением. После первого успеха новые власти перешли в режим наслаждения и пытались особо не загружать себя работой по осуществлению той или иной инициативы. Разговоры о немощности «Грузинской мечты» мы часто слышим от таких людей, немощность которых принесла бы стране намного больше пользы.
- После отставки Аласания с поста министра и выхода «Свободных демократов» из коалиции правящая команда едва не развалилась. Республиканцы давно предлагают коалиции «существенные изменнения», но пока неясно, примет ли коалиция правила игры республиканцев и останутся ли они в «Грузинской мечте». На ваш взгляд, как будут развиваться события в правящей коалиции в 2015 году?
- В правящей коалиции, так же как и в бывшей правящей команде, если не искать чего-то общего, будет трудно сравнить и исправить допущенные ошибки. Для меня было неожиданным то, что ни Саакашвили, ни Иванишвили не владеют технологий ухода из власти. Один ушел в соответствии с конституцией, другой - по собственному желанию, но никто не может сказать, что они действительно ушли. Отличается лишь формат их существования.
Как видно, Иванишвили заранее знал, что может угрожать его авторитету, если он оставит в телепространстве «Девятый канал». На примере «Рустави 2» мы являемся свидетелями того, что Саакашвили через день информирует нас о тех ежедневных несчастьях, которые якобы имеют место в Грузии. Но для нейтрального зрителя он волей-неволей ассоциируется с Фигаро, так как в неделю он участвует в телевизионных включениях из нескольких стран.
Что касается шага Аласания, на мой взгляд, он был точно просчитанной оценкой той слабости, которая стала очевидна ему в ходе деловых переговоров. Если бы не заявления о возможной угрозе в связи с изменением внешнеполитического вектора, тогда нам пришлось бы выкручиваться из более сложной ситуации, так как выход из коалиции рассматривается как предусловием отрезвления грузинского политического пространства. Мы помним и заявление председателя парламента, взгляды которого совпали с взглядами выступившего в парламенте несколькими днями ранее президента, но Иванишвили не замедлил с комментариями и по этому поводу. Он дал всем почувствовать, что для него ни «Свободные демократы», ни президент и председатель парламента, т.е. республиканцы не являются надежными партнерами. Естественно, такая фраза не была сказана, но попытку насмешки над этими тремя субъектами нельзя назвать успешной.
- Как вы оцениваете кадровые перестановки в правительстве и что они могут означать? И еще, участились разговоры о возвращении Бидзины Иванишвили в политику. По словам Гии Хухашвили, Иванишвили может вернуться лишь в том случае, если правительство исчерпает свой ресурс. На ваш взгляд, насколько велика вероятность возвращения Бидзины Иванишвили в политику?
- Давайте признаем, что у наших властей нет какой-либо ясной кадровой политики. Амплитуда подбора кадров очень мала, так как никто не знает, какие требования должно удовлетворять своим знанием, профессионализмом, образованием, достигнутыми успехами и политическими взглядами претендующее на высокую должность лицо. Мы также не знаем, по чьей рекомендации он назначается на эту должность. Пока все это не станет прозрачным, мы останемся в печальном режиме - «обменяли шило на мыло». Поэтому население растеряно. Если кого-то уволят с должности, о нем никто не говорит, я имею в виду тех, кто уволил. Чем он провинился, что сделал не так, каковы его слабые стороны - все это остается неизвестным. В основном мы слышим, что кто-то очень хороший человек. С какими успехами они приходят на эту должность, это наверно известно лишь паре человек, а возможно - неизвестно и им. В противном случае, молодому премьер-министру не потребовалось бы увольнять сразу 7 министров. Когда одновременно 7 министров отправляются в отставку, это означает, что ими - ни вместе, ни по отдельности - премьер-министр управлять не может. Это не шоу кадров, чтобы выводить на аванс-сцену по 7 человек. Замену 7 человек можно увидеть в регби, но не в правительственной команде, которая постоянно хвалила всех министров. Мы и сейчас растеряны - власти должны довериться нам, что тема государственной безопасности не является заботой всего лишь 2-3 чиновников.
Все общество обескуражено тем фактом, почему практически втихомолку убежал из своего кабинета руководитель службы государственной безопасности. Интересам какой страны он служил? Каким образованием владеет его сменщик? Если глава службы безопасности финансовой компании может управлять государственной безопасностью, почему о таком вундеркинде мы не знали раньше? Тем более в том ведомстве, которое скоро разделится, расстанется с функцией монстра, все равно возникнут вопросы.
Что произошло за последние два года с департаментом контрразведки? Почему кадры «Грузинской мечты» повторяют то же, что делали их предшественники? Или этот состав не настолько сменился, как нам кажется? Например, дело Лапанкури - серьезное обвинение для департамента контрразведки 2013-2014 годов, если оставить в стороне их упрямство относительно обнародования дел политзаключенных.
Возвращение Иванишвили в политику зависит только от него самого. У него есть моральное право вернуться к власти, он сделал для страны очень много добрых дел, он несравненен в своих бизнес-успехах, благотворительности, но насколько опытен он как политики, тут мнения общественности наверно разделятся. Но в любом случае, я думаю, это будет шагом назад от той ситуации, к которой мы должны стремиться. Если речь идет о возможных досрочных парламентских выборах, которые, на мой взгляд, лучше провести лишь в том случае, если произойдут серьезные изменения в избирательном кодексе. Это будет лучшая возможность увидеть нового премьер-министра, а до тех пор общественности стоит проявить больше активности, политическим партиям - задуматься о перспективах страны, правительству - укомплектовать исполнительную и законодательную власть лучшими кадрами. Но я верю, что большинство этих людей - патриоты, которые заботятся о благе для страны. Просто, в целом этот результат меньше, чем тот, на который они способны. Тут появляется проблема стиля управления.
- По вашим наблюдениям, как будут развиваться процессы на оппозиционном фланге? Сможет «Нацдвижение» сохранить позиции главного оппонента властей или вместе с приближением выборов усилятся не только оппоненты властей, но и оппоненты «Нацдвижения»? Если да, то кто может оказаться главным конкурентом «Грузинской мечты» на парламентских выборах 2016 года?
- К 2016 году главным конкурентом будет субъект, который еще не сформировался. Я имею в виду ту коалицию, которая будет более убедительной для нашего общества и которая не отяжелена собственным прошлым. Не исключаю, что сегодняшнюю коалицию покинут половина нынешних субъектов и больше шансов на вступление в политику появится как у бывших членов «Грузинской мечты», так и у коалиции внепарламентских партий. Но до тех пор лидеры всех оппозиционных партий должны сделать один серьезный шаг - увидеть партнеров в широких кругах внепарламентской оппозиции.
- Из-за аннексии Крыма и участия регулярных сил России в боевых действиях в Донбассе отношения между Западом и Россией крайне накалились, «холодная война» уже ведется на уровне экономических санкций. Президент Путин объявил войну почти всему миру. Налицо процесс перегруппировки среди разных стран. На ваш взгляд, каким может быть 2015 год с точки зрения международных отношений?
- На мой взгляд, Россия готова не только к «холодной», но и к «ледяной» войне, так как Путин ни во что не ставит собственное население и его проблемы. Огромный ресурс этой страны все еще не оценен со стороны нынешнего руководства этой страны. Нанести урон благосостоянию избранных не так просто. Посмотрим, куда пойдет Кремль, когда многотысячные протестные акции пройдут в столице России и на улицу выйдут не юные активисты, а солидные люди - врачи, педагоги и т.д. Введенные против России экономические санкции принесли результат. Этого не видят лишь упрямые люди.
- Несмотря на то, что внешняя политика страны определена и курс взят на ЕС и НАТО, часть экспертов считает, что внешняя политика «Грузинской мечты» еще не до конца сформулирована. Понятно, что в итоге европейский выбор Грузии во многом зависит от отношений между Западом и Россией, но как вы оцениваете внешнюю политику страны?
- На мой взгляд, периодически возникает мнение, что во внешней политике есть дисбаланс между реальностью и «Грузинской мечтой». Я имею в виду непонятную необходимость таких заявлений, какое распространил господин Гарибашвили в конце ноября из сердца Европы, призвав глав цивилизованных стран отказаться от санкций против России и не допустить поставку оружия Украине.
Несколькими днями ранее я прочитал статью Генри Киссинджера в американской прессе. Именно те же призывы были перечислены там. Но важен был заголовок статьи - «Киссинджер вверг Вашингтон в шок». Кого вверг в шок господин Гарибашвили? Ответ на этот вопрос у каждого читателя будет свой.
Когда наши власти вынуждены не вести себя смело в отношении России, это понятно, приемлемо и над этим смеется только «Нацдвижение». Но то, что в стране велась бы какая-нибудь серьезная подготовка ответа на конкретные действия России, я не уверен. Лучше я окажусь подозрительным, чем мы правда не будем знать, что предпринять, когда через Кахетию будет проложена автомобильная дорога, и мы будем вынуждены без всяких предусловий возобновить железнодорожное сообщение с Абхазией. Кто разрабатывает эти вопросы? Как правило, этим должна заниматься служба государственной безопасности, обремененная интеллектуальными возможностями, один глава которой убежал, о другом говорят, но индивидуальных характеристик тут недостаточно. У нас должно быть хоть какое-то ощущение разумности и профессионализма этой службы.
- Часть западных экспертов считает, что если Кремль продолжит придерживаться в международных отношениях доктрины Путина, целью которой является восстановление контроля Москвы над постсоветским пространством, после Украины самой реальной целью России будет Грузия. Российский эксперт Андрей Илларионов 19 ноября заявил в Европарламенте, что Россия в 24-часовом режиме продолжает строить дорогу из Дагестана в Армению через Кахетию, которая будет готова к марту. По вашим оценкам, насколько велика вероятность, что для установления контроля над Грузией Москва использует вооруженные силы или экономические рычаги или попытается дестабилизировать ситуацию изнутри и применит метод инспирирования управляемого хаоса? И еще, что должен сделать официальный Тбилиси, чтобы исключить такую возможность развития событий?
- Ни от одного из предложенных вами сценариев Путин бы не отказался. Велика вероятность, что он пойдет на все. Именно поэтому меня беспокоит необходимость интеллектуальных кадров, и не только в одном ведомстве. Это должно быть вопросом постоянного исследования. Часть этого исследования должна быть открытой.
Хочу сказать одно новогоднее желание для всех политиков, политически активной части общества и журналистов. Предупреждаю, что у этой фразы другой автор. Это фраза Уинстона Черчилля - «Если настоящее попытается судить прошлое, оно утратит будущее». К сожалению, последние два года были очевидной попыткой навредить нашему будущему.
Беседовал
Коба Бенделиани
