06.04.2015

06.04.2015

Мамука Арешидзе - «Очень скоро правительство побьет рекорд по частоте оправданий»

«Пасхальный подарок» для Грузии от русской церкви

Соавтор доклада Тальявини Райан Грист - «Завоевать» т.н. Южную Осетию можно было бескровно, без единого выстрела»

Мамука Арешидзе - «Очень скоро правительство побьет рекорд по частоте оправданий»

«С Бесо Хардзиани я познакомился после его освобождения из тюрьмы. Я, Бесо и еще несколько человек в 2012 году учредили организацию «Солидарность», целью которой была помощь властям и обществу в процессе восстановления справедливости. Организация проработала 8 месяцев, но не добилась и малейшего результата, так как в этом направлении бездействовало как само правительство, так и силовые структуры. Мы не хотели толочь воду в ступе, поэтому организация прекратила существование. Что касается убийства Бесо, трудно указывать на кого-то пальцем, обсуждается много версий, но говорить об этом я не хочу», - заявил эксперт Мамука Арешидзе в интервью газете «Квирис палитра».

«Я хочу просто вспомнить наши беседы с Бесо, когда он особенно был возмущен поведением Удесиани. Он рассказывал мне о столкновениях с Удесиани и о том, какой ужас пережил. Я помню, Хардзиани сходил с ума, когда распространилась информация, что Удесиани собираются включить в списки сакребуло. Мне он говорил, что его дело продвигается вперед и он надеется на возвращение имущества. Именно поэтому я позволил себе связать убийство Бесо Хардзиани со взрывом Юрия Вазагашвили. Убито двое таких людей, которые своей борьбой создавали проблемы многим и добились очевидных успехов в этой борьбе. Правда, они боролись в разных направлениях, но фронт у обоих был один. Интересно, что имя Удесиани всплыло в обоих делах: он оказался крестным сына обвиняемого в убийстве Вазагашвили Сосанашвили, а в случае с Хардзиани стоял на второй стороне имущественного спора. Складывается впечатление, что или Удесиани готов пойти на все, или кто-то знал об этом и использовал в своих целях - для получения политического эффекта», - отметил в беседе с корреспондентом издания Мамука Арешидзе.

«Трудно сказать, кто это сделал, но убийство Хардзиани - политическое, оно направлено на уничтожение политического оппонента, запугивание общества и дискредитацию властей. По делу об убийстве Хардзиани у следствия есть больше доказательств, чем в деле Вазагашвили - там было намного меньше следов, пока не обнаружили ДНК. Я полагаю, что убийство Бесо Хардзиани будет раскрыто быстро, но в обоих случаях нас больше интересует заказчик, а не исполнитель. По моей информации, следствие по делу Вазагашвили уже многое установило, но общественность об этом не знает. Но это как раскрытая мозаика, которую нужно собрать так, чтобы у общества не возникло никаких вопросов. Проблемы создает то, что Сосанашвили молчит. По словам правоохранителей, они не собираются использовать методы прежних властей, чтобы выбить из Сосанашвили показания. Я считаю это правильным... Ходят слухи, что обвиняемый в убийстве Вазагашвили тяжело болен, следовательно, он находится под серьезным психологическим стрессом и все остальное для него неважно», - продолжил респондент.

«То, что сегодня происходит во власти, похоже на ситуацию в большом детском саду. Это очень негативно влияет на общество. Грузинская политическая элита, правящая и оппозиционная, дошла до такого состояния, что население уже не может терпеть политиков... Огромные надежды, которые были связаны со сменой власти в 2012 году, если еще не исчезли, то почти сошли на нет. Сегодня общество не видит, чем занимаются власти, потому что это перекрыто бесконечными политическими дрязгами и детскими спорами. Недопустимая ситуация сложилась между президентом и премьером. Все это раздражает и возмущает людей. Когда политический спектр ставит себя в смешное положение, это симптом очень сложного положения. Я не знаю, возможно это уже неисправимо. Напомню, что финал Саакашвили наступил тогда, когда он стал смешной и комической фигурой», - говорит эксперт.

«В последнее время от Ираклия Аласания и министра обороны Миндии Джанелидзе мы слышим абсолютно противоположные заявления относительно переговоров по противовоздушной обороне. В дело уже включился и посол Франции в Грузии, который сделал некоторые пояснения. По моей информации, и это подтверждает и посол Франции, в Париже Аласания не подписывал никаких важных документов. Он всего лишь подписал меморандум о намерениях, там не было речи об обязательствах, но это было начало очень серьезного процесса. Подписав этот меморандум, Аласания сделал маленький шаг в очень большом процессе. Примечательно, что этот процесс еще не прекращен, но такую огласку и афиширование я считаю неправильным. В этом виноваты обе стороны. Дело в том, что каждый шаг грузинской делегации во Франции был под постоянным наблюдением спецслужб», - пояснил респондент.

«Я точно знаю, что были не французские спецслужбы. Следовательно, это очень важный вопрос и о нем нельзя говорить так открыто! Что касается обвинений Аласания, я слышал и такую причину подобных действий - неприемлемым для властей был не сам меморандум, а то, что под ним стояла бы подпись Аласания. Если это правда, то мы имеем дело с очередным несчастьем нашей страны. Никак не сформировалась в нашей стране политическая культура. Миндия Джанелидзе не присутствовал на церемонии погребения останков погибших в августовской войне - министр обороны обязательно должен был присутствовать при этом. Как заявил Каладзе, было бы лучше, если бы там присутствовало все правительство... Премьер сказал, что во всем виновата неорганизованность. Но чем тогда занимается администрация и пиар-служба правительства?! Эта неорганизованность поставила правительство и премьера в неловкое положение. Это повторилось много раз и скоро наверно правительство побьет рекорд по частоте оправданий. Прямая обязанность министра обороны - постоянно чтить память погибших за родину военных и никакие встречи не освобождают его от этой обязанности. Он ошибся, следовательно, последующие заявления и разговоры о том, что это были всего лишь образцы ДНК, взятые с тел погибших для сравнения, абсолютно неуместны. Но я повторяю, те, кто использует этот вопрос для политических спекуляций, тоже поступают неправильно», - заключил Мамука Арешидзе. (Статья: «Наверное, скоро правительство побьет рекорд по частоте оправданий» / «Заявление посла подтверждает, что Аласания в Париже не подписывал никаких важных документов»)

«Русская православная церковь (РПЦ) может в будущем назначать епископов абхазской церкви - заявляют де-факто депутаты оккупированной Абхазии и утверждают, что в ходе визита в Москву получили от патриарха Кирилла такое обещание с одним условием - должно произойти примирение между существующими в Абхазии двумя противостоящими друг другу группами священнослужителей. Речь идет о расколе между сторонниками Дорофея Дбар и Виссариона Аплия. Группа Дорофея опирается на близость к Вселенскому патриархату и при службе упоминает патриарха Варфоломея, а группа Виссариона хочет сближения с РПЦ и подчинения ее юрисдикции, поэтому при службе упоминает патриарха Кирилла», - пишет газета «Резонанси».

«По словам руководителя пресс-центра Патриархии Грузинской православной церкви, протоиерея Давида Шарашенидзе, согласно церковному праву, абсолютно неприемлемо, чтобы без разрешения патриарха Грузии в его епархии кто-то совершал богослужение, и нет никаких основания для того, чтобы патриарх Кирилл или Вселенский патриарх имели какое-то влияние на абхазскую епархию. По его словам, для них неприемлемы позиции обеих противоборствующих сторон, которые противоречат законам православных церквей мира, которые не может нарушать ни Вселенский патриархат, ни РПЦ», - отмечает издание.

«К сожалению, сегодня мы не можем попасть в Абхазию. Несмотря на то, что патриарх, который также является Цхум-Абхазским митрополитом, не раз просил РПЦ и Россию, чтобы те приняли меры безопасности и позволили ему отслужить службу в Абхазии. Несмотря на устные обещания, это не было сделано и в Абхазию не смогли попасть и грузинские священники. Требование т.н. депутатов и рукоположение епископов - это грубое нарушение и пренебрежение каноникой, это не примет ни одна автокефальная церковь», - заявил в беседе с корреспондентом издания Давид Шарашенидзе.

«По словам протоиерея, в России известна позиция грузинской стороны, но если патриарх посчитает нужным, он может послать в Москву и личное послание. Для справки, относительно визита к патриарху Кириллу де-факто депутаты Абхазии заявили 3 апреля. По их словам, визит в Москву состоялся в первый день весны и в столицу России они отправились не по своей инициативе, а по специальному приглашению, после которого трое «депутатов» - Вячеслав Агрба, Беслан Цвинария и Юрий Зухба встретились с патриархом Кириллом. Они присутствовали на праздничном богослужении, а после трапезы патриарх Кирилл принял сухумских гостей в тронном зале», - заключает издание. (Статья: «Пасхальный подарок» для Грузии от русской церкви» / «Абхазские «депутаты» утверждают, что получили от патриарха Кирилла обещание рукополагать абхазских епископов»)

«Капитан британской армии, ветеран дипломатических миссий и объявленный экс-президентом Саакашвили российским шпионом Райан Грист является тем человеком, чьи слова определили оценку Запада по поводу того, что произошло в августе 2008 года. «Еще раз повторю: несмотря на то, что имели место провокации, ответная реакция грузинской стороны была абсолютно непропорциональной», - заявил в 2011 году Wall Street Journal Райан Грист, который в период войны был заместителем руководителя миссии ОБСЕ», - пишет газета «Квирис палитра».

«В 2008 году эти слова и самовольная поездка в Цхинвали стоили ему потери работы в ОБСЕ. Впрочем, в 2012 году Грист вернулся в Грузию - на этот раз в качестве заместителя председателя наблюдательской миссии ЕС (этот пост он покинул через несколько дней после записи интервью). «Это был абсолютный крах», - так расценил Грист деятельность ОБСЕ как наблюдателя. Он был одним из тех немногочисленных иностранцев, которые не постеснялись критиковать западных дипломатов. Более того, по его словам, скоро он собирается выпустить книгу с воспоминаниями. Райан Грист дал эксклюзивное интервью газете «Квирис палитра», - отмечает издание.

«Наверное, после войны нужно было больше давить на Россию. Особенно если вспомнить то, что Россия надавила на т.н. дипломатическую «ядерную кнопку» - признала независимость Абхазии и т.н. Южной Осетии, чем осложнила поиски дипломатических выходов из этих конфликтов... Хочу вспомнить один факт: до 2008 года, при работе с осетинами под эгидой ОБСЕ, большинству казалось, что Россия в итоге продаст их обратно Грузии, например - в обмен на отказ Тбилиси от вступления в НАТО. Почему я это вспомнил? Думаю, что до войны «завоевать» т.н. Южную Осетию можно было бескровно, без единого выстрела, но у Саакашвили был свой проект: с альтернативным правительством Санакоева. Я много раз встречался с Санакоевым и не имею ничего лично против, но очевидно одно: он не имел никакого веса среди осетинского населения, он воспринимался как навязанная извне кандидатура. Сам проект и идея, думаю, были с самого же начала проигрышными», - заявил в беседе с корреспондентом издания Райан Грист.

«Альтернативой была лучшая вовлеченность: торговля, открытие дорог, коммуникации, народная дипломатия. Но конфликты Грузии разнообразны - начиная с местных де-факто и заканчивая Кремлем и НАТО. Для искоренения таких конфликтов нужно работать сразу со всеми слоями, что далеко не просто. Но хорошее правительство, которое хочет изменений, должно это делать. Что касается сегодняшнего правительства Грузии, я думаю, что им пока до этого далеко. Но они могут сделать это, если потратят должную энергию и интеллектуальные ресурсы. Вместе с тем, нужно не забывать о реальности - Грузия находится в сложном географическом положении и от этого никуда не деться. У вас отличная страна, но вокруг расположились соседи-тяжеловесы. Существовать и развиваться в такой ситуации очень сложно. Поэтому я считаю жизненно важным иметь умный и смелый народ. Тут давно чувствуется недостаток политического ума и смелости. Например, в 2008 году никто не думал, что дело зайдет так далеко и приведет к таким результатам», - продолжил респондент.

«Думаю, никто не ждал того безумства и сумасшествия, которое царило в высших эшелонах правительства Грузии. Я лично сказал об этом тому человеку, на которого ложится самая большая ответственность... Да, Саакашвили довольно неуравновешенный тип и его реакция была именно такой. Я расскажу, как все было: этой зимой я сидел в стамбульском аэропорту и ждал рейса, когда Саакашвили сел за соседний столик. Я закрыл компьютер, подсел к нему и сказал: «Здравствуйте, вы президент Саакашвили?». Он очень обрадовался, что его узнали. Я честно сказал ему, что он и его партия сделали очень много хорошего для Грузии, но война 2008 года была полным безумством. Прежде чем он ответил, я назвал свое имя. Он сразу вспомнил меня и наша беседе продолжилась уже в другом ключе. Он очень разозлился и наградил меня привычным эпитетом, сказал, что я российский шпион и это я развалил его страну! Потом он повысил голос и люди обратили на нас внимание. К счастью, появился Темур Якобашвили, Саакашвили встал и демонстративно вышел, а я и Темур, как старые коллеги, еще немного побеседовали», - говорит бывший заместитель руководителя миссии ОБСЕ.

«Потом я все время думал о том, что я еще не успел сказать: я подошел к нему, так как надеялся, что мое восприятие его личности было неправильным и существовали рациональные причины, которые объяснили бы его поведение в ходе войны 2008 года, но этого не произошло. Напротив, он произвел худшее впечатление. Но я очень хотел оказаться неправым. Я хотел сказать себе, что ошибался, что Саакашвили нормальный тип, умный, но я ошибся. Поэтому я думаю, что такие люди не должны иметь право принимать такие решения, какое принял Саакашвили в ходе войны 2008 года. Я один из тех немногочисленных иностранных дипломатов, кто непосредственно участвовал в войне 2008 года. У меня до сих пор стоят перед глазами трупы молодых грузинских солдат в Цхинвали. Я до сих пор злюсь и не могу понять, почему должны были погибнуть эти молодые люди из-за чьего-то глупого решения. Я уверен, что так думают и жители Тамарашени, Курты и многие другие», - считает Райан Грист.

«Непосредственно перед войной я руководил миссией - Терри Хакала, председатель, не была в Грузии. Когда ситуация накалилась, я провел в офисе совещание: было ли бы правильным эвакуировать персонал из нашего цхинвальского офиса. В итоге мы пришли к компромиссу: оставили в офисе три человека, чтобы не опускать флаг ОБСЕ. Тем вечером я остался в офисе допоздна и смотрел выступление Саакашвили по телевидению. Он говорил, что грузины и осетины - братья и т.д. Я немного успокоился. Поздно ночью мне позвонил один из трех оставленных в Цхинвали военных наблюдателей и сказал, что их бомбят, что бомбы упали даже в саду нашего офиса, и они прячутся в подвале. Я сразу перезвонил в разные посольства и сообщил, что там происходит. На следующее утро вместе с другими дипломатами меня пригласили в МИД. Состоялся брифинг, на котором нам сообщили, что в Цхинвали бомбежке подверглись только военные мишени. После встречи европейские дипломаты спросили меня: «Райан, что ты думаешь? Они говорят нам правду?». И мне пришлось сказать, что МИД Грузии лжет - разве университет и двор международной миссии являются военными мишенями? Решение Саакашвили (я уверен, что без него такое решение бы не приняли) бомбить город ночью было огромной ошибкой», - считает Райан Грист.

«Ты бомбишь своих граждан ракетами «Град»? Это неслыханно! Кроме того, там находился и т.н. миротворческий контингент России. Мир они «творят» или вражду, это другое дело, но факт один - Россия была и остается постоянным членом совета безопасности ООН и не смирится с бомбежкой своих миротворцев, она обязательно нанесет массированные ответные удары. Знаете что? То же самое сделали бы Великобритания или США. Ответная реакция России с тяжелейшими последствиями была неизбежной. Думаю, Саакашвили надеялся провести шоковую терапию и закончить все до того, как все придут в себя - он хотел выиграть «маленькую войну» за 24 часа. Но, отставив в сторону моральный аспект, когда у тебя такие цели, ты должен перекрыть пути для вступления России - заблокируй тоннели, взорви мосты и т.д. Он ничего этого не сделал. Но для этого необязательно быть великим военным стратегом. Когда ты ведешь бои в центре города, невозможно избежать жертв. Невозможно сделать это молниеносно. Потом грузинские танки застряли в «болотах» цхинвальских улиц, потому что никто не сообразил послать отряды пехоты, которые бы защищали военную технику с ограниченной маневренностью», - заключил Грист. (Статья: «Райан Грист: «Саакашвили сказал мне, что я развалил его страну» / «Завоевать» т.н. Южную Осетию можно было бескровно, без единого выстрела» / «Когда у тебя такие цели, то ты должен перекрыть пути для вступления России - заблокируй тоннели, взорви мосты»)