Чем больше Кремль будет защищать Асада, тем болезненнее будет для России уход из Сирии
О результатах визита президента Путина в Нью-Йорк, о начатой Россией военной операции в Сирии и о том, как могут развиваться процессы в Сирии, «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с российским политологом Борисом Соколовым.
- Об итогах визита президента Путина в Нью-Йорк высказываются противоречивые мнения. Кремль утверждает, что российская авиация по просьбе президента Асада начала бомбить позиции «ИГ». Пентагон же сообщил, что поддерживает круглосуточную телефонную связь с министерством обороны России. На ваш взгляд, каковы итоги визита Путина в США и как вы оцениваете то, что сейчас происходит в Сирии?
- В принципе, на мой взгляд, визит Путина в США не принес никаких результатов, так как стороны ни о чем не договорились. Единственное, о чем они договорились, это то, что между Пентагоном и министерством обороны России будет налажена телефонная связь, чтобы исключить в Сирии стрельбу в направлении друг друга. Вот и все.
В первую очередь нужно отметить, что Россия не бомбит «ИГ». Авиация бьет по Хомсу, где «ИГ» нет и никогда не было. Эта бомбардировка и нахождение российских военных в Сирии носит демонстративный характер. Россия демонстрирует, что готова помочь режиму Асада и готова бомбить не ИГ, а противников Асада - тех, которые находятся в политической оппозиции.
Сейчас российская авиация действует против мирного населения. Я имею в виду «Сирийскую свободную армию». Сейчас российская авиация с большой высоты наносит точечные удары. Путин не хочет, чтобы его летчики попали в плен и кадры с их пытками попали на ТВ. Но в результате таких бомбардировок страдает мирное население, что еще больше увеличит поток беженцев в Европе.
- Получается, что задачей России является не уничтожение «ИГ», а уничтожение сирийской оппозиции, чтобы в повестке дня больше не стоял вопрос смены режима Асада. Я правильно понял?
- На мой взгляд, мишенью России является мирное суннитское население Сирии, лидеры которого пытаются положить конец многолетнему правлению Асадов и алавитов в Сирии. Вторая задача - как можно продлить пребывание Асада у власти и вынудить мировое содружество сделать его членом антиисламской коалиции, но это у Путина не получается. Кроме того, Путин пытается демонстрировать, что Россия - тот международный игрок, с мнением которого нужно считаться.
«ИГ» не воюет с Асадом, следовательно, не угрожает его режиму. Более того, «ИГ» воюет с противниками Асада. Если Россия атакует их, это ослабит режим Асада. С учетом того, что Россия собирается воевать вовсе не с «ИГ», а с сирийской оппозицией, очень скоро между США и Россией возникнут проблемы. Путин назвал террористами сирийскую оппозицию и сейчас российские военные бомбят их позиции.
На мой взгляд, Вашингтон дождется действий России в Сирии. Я не исключаю, что между США и Россией потом возникнут проблемы по сирийскому вопросу. Я также не исключаю, что эта ситуация станет поводом для серьезного противостояния между Россией и арабскими странами, в первую очередь - с Саудовской Аравией. Это приведет к давлению на Обаму, чтобы тот остановил Россию. Но это произойдет нескоро. Сначала будет распространяться информация о том, что Россия бомбит мирное население, женщин и детей. Между сторонами начнется пропагандистская война.
- Российские коллеги утверждают, что целью визита Путина в Нью-Йорк было показать всем, что он мировой лидер. На ваш взгляд, это ему удалось? И насколько велика вероятность того, что это ему удастся?
- Нет, не удалось и не удастся. Масштаб этих бомбардировок в Ираке и Сирии не сравнится с тем, что делает авиация США и их союзников в отношении «ИГ». На мой взгляд, сирийский конфликт не решится без военной интервенции США и западных стран. Так как Обама проявляет полную импотенцию США во внешней политике, шанс на такую интервенцию может возникнуть после выборов президента США. Поэтому я думаю, что сирийский конфликт не разрешится как минимум до тех пор, пока в Белом доме США не сменится администрация.
- Сначала министерство обороны Китая, а затем МИД Китая опровергли заявление члена комитета по внешним связям Совета федерации РФ Игоря Морозова о том, что в военной операции в Сирии участвуют военные подразделения Китая. Если судить по итогам визита Путина в Нью-Йорк, где Запад практически не принял предложения Путина о создании единой коалиции по вопросам Сирии и «ИГ», сколько бы Кремль не утверждал, что военная операция в Сирии начата по просьбе Асада, сейчас в этой операции кроме России участвует только Иран?
- Разумеется, Россия действует в Сирии одна, без международного содружества. Россию поддерживают шииты, сторонники Асада алавиты, которые с религиозной точки зрения близки к шиитам, а также шииты из Ирана и «Хезболла». Получается, что Россия борется против суннитской Турции и других суннитских стран арабского мира. Сейчас Россия действует смело, но это может вызвать большие осложнения в отношениях как с арабским миром, так и с проживающими в России суннитами. И в таком случае думать о росте нашей военной группировки в Сирии будет очень сложно.
- Известный российский востоковед Георгий Мирский считает, что Путин добился в Нью-Йорке тактического успеха, но этот успех может обернуться тактической ошибкой, так как угрозы очень серьезны. Рано или поздно Асаду придется уйти из политики, Сирия никак не сможет оставаться единой. Россия будет защищать алавитов в Латакии, но Асада придется уйти из Дамаска, а это означает, что те, кто придет к власти вместо него, не позволят России иметь военные базы в Сирии, что будет серьезным ударом для России в международной политике...
- Сторонники сирийской оппозиции не боятся российской авиации, один российский авиаполк не представляет для них угрозы. Они попытаются нанести мощный удар по сирийским военным базам, на которых сейчас расположены российские военные. Они попытаются взять российских солдат в плен.
В отличие от американцев, у России нет в Сирии серьезных баз, с которых можно наносить успешные удары. У России в Сирии нет авианосцев и она вынуждена наносить воздушные удары из самой же Сирии. А Сирия - маленькая страна. Проблема в том, что там вообще нет абсолютно безопасных мест. Понятно, что российских авиаторов, кроме наших солдат еще защищают шииты, в частности - боевики «Хезболлы», но это не абсолютная защита. Очевидно, что Россия хочет, чтобы Асад остался у власти и Кремль сохранил свои базы.
Со временем усилится давление на Обаму. От него потребуют передать сирийской оппозиции современные системы воздушной обороны. Это сделает Саудовская Аравия или другая арабская страна. Этим я хочу сказать, что несмотря на попытки России продлить пребывание Асада у власти, это бесперспективно. Суннитское большинство Сирии рано или поздно победит Асада. В такой ситуации сохранить единство в разобранной Сирии будет очень сложно. Если процессы пойдут таким путем, я сомневаюсь, что Россия сможет сохранить военные базы в Сирии. Максимум, что ей удастся сделать - сохранить их в Латакии, где в основном проживают алавиты.
- Часть российских экспертов считает, что Сирия окажется для России вторым Афганистаном. Насколько велика вероятность этого?
- В принципе, вторым Афганистаном она не станет никак, потому что Россия отправила в Сирию небольшую военную группировку. Может повториться то, что было во время «холодной войны» в Эфиопии, во время правления Менгисту Хайле Мариама. Тогда в Эфиопии вместе с советскими солдатами воевали и кубинцы. Сейчас в Сирии вместе с Россией воюют иранцы и «Хезболла». Я не исключаю, что события будут развиваться и по ангольскому сценарию. Афганистан точно не повторится. Во время «холодной войны» у СССР было в Афганистане 10 000 солдат, а сейчас их число в Сирии намного меньше. Но как только Путин начнет защищать Асада, Россия может оказаться так глубоко в болоте войны, что без репутационных потерь оттуда выбраться будет сложно. Если режим Асада падет, это будет для Путина болезненнее, чем события в Украине.
- Каких договоренностей по Украине могли достичь Путин и Обама в рамках визита президента России в США? Я спрашиваю об этом, потому что госсекретарь США Джон Кэрри сделал относительно Украины довольно оптимистичное заявление. В частности, по его словам, по украинскому вопросу «в ближайшие месяцы можно будет добиться реального прогресса». Насколько основателен оптимизм Кэрри?
- На мой взгляд, это очередное дипломатическое заявление, за которым на самом деле ничего не стоит. В Украине ничего не изменится до тех пор, пока в Донбасс не приедут американские военные. Это может произойти лишь после смены президента США. А это произойдет не так скоро, так как до выборов еще достаточно времени.
- Ваша коллега Лилия Шевцова утверждает, что «Путин вовсе не предлагал Обаме разменять Украину на Сирию. Он не может решать внутренние задачи и теперь хочет заменить их на внешние вызовы. Но и эти вызовы - «фейки», шаги Путина на международной арене означают, что государственная система исчерпала свой ресурс и сейчас Кремль пытается восполнить эти потери имитацией сверхдержавности». Действительно ли режим Путина так ослаб во внутренней политике, что пытается перекрыть внутренние проблемы внешними факторами?
- Кремль пытается проводить экспансионистскую политику в рамках восстановления империи. Другое дело, что для этого ему может не хватить ресурсов. Я все же не связывал бы внешнеполитические авантюры Кремля с исчерпанием ресурсов во внутренней политике. На мой взгляд, этой связи не существует. Наверное, внутренняя политика больше направлена на то, чтобы поддержать имитацию экспансионистской внешней политики.
На самом деле, экспансия все же имеет место. Россия присвоила Крым и часть Донбасса, а сейчас пытается отвлечь Запад от этого своей активностью в Сирии. Сейчас Россия укрепляет свои военные базы в Сирии. Экспансионистская политика Кремля не так масштабна, но пока неясно, насколько успешной окажется она в Сирии. Чем больше Кремль будет защищать Асада, тем болезненнее будет для России уход из Сирии.
- Недавно президент Армении Серж Саргсян сделал довольно жесткие заявления в адрес Азербайджана. Он практически пригрозил пальцем официальному Баку. С учетом того, что из-за Нагорного Карабаха сейчас на армяно-азербайджанской границе ведется стрельба и происходят небольшие столкновения, трудно представить, что президент Армении действует независимо от Москвы. На ваш взгляд, с чем может быть связана очередная напряженность между Арменией и Азербайджаном и какую цель на этот раз преследует Кремль на Южном Кавказе?
- Россия заинтересована в продолжении нагорно-карабахского конфликта. Что касается заявлений президента Армении в адрес Баку, он может делать это и без прямого указания из Москвы. При желании обеих сторон нагорно-карабахский конфликт можно было бы быстро решить путем элементарного обмена территориями.
- Высказывается мнение, что Ереван хочет поступить так же, как поступила Россия в случае с Крымом - т.е. присоединить Карабах к Армении. Насколько велика вероятность того, что Ереван пойдет на такой шаг?
- Это маловероятно. Понятно, что Ереван и так практически контролирует Карабах, но я все же думаю, что Армения не захочет нарушать формальность в отношении Карабаха. Потому что присоединение Карабаха Арменией обострит армяно-азербайджанский конфликт, а мировое содружество осудит это не в пользу Армении. Поэтому этот шаг не принес бы Армении никакой пользы. Кремль хоть и поддерживает Ереван, но я не думаю, что сейчас Россия заинтересована в этой войне.
- Многие придерживаются противоположной точки зрения и считают, что возобновление боевых действий между Арменией и Азербайджаном будет хорошим поводом для России вовлечь в этот процесс и Грузию. В Кремле считают большим недостатком отсутствие сухопутной границы между Арменией и Россией и давно открыто говорят о разных путях решения этой проблемы...
- Понятно, что Россия хочет иметь сухопутную границу со своим союзником - Арменией, но для этого потребовалась бы война с Грузией. Я исключаю развитие событий по такому сценарию. Россия воюет с Украиной, на что уходят большие ресурсы. Россия начала боевые действия в Сирии. Открытие третьего фронта на Кавказе для Кремля было бы рискованным шагом. Россия - непрогнозируемая страна, но и ее ресурсы не являются неисчерпаемыми.
Беседовал
Коба Бенделиани
