На Георгия Квирикашвили взвалили функции «пожарного», его такой быстрый взлет не произошел бы без Иванишвили

Об актуальных темах внешней и внутренней политики «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с аналитиком Заалом Анджапаридзе.

- 2016 год Грузия встретила с новым составом правительства. Об отставке Гарибашвили было сказано многое. Бидзина Иванишвили также прокомментировал этот вопрос, но его словам, как и словам Гарибашвили, явно не хватало уверенности. С другой стороны, актуальна персона нового премьера Георгия Квирикашвили, заявления которого по разным вопросам явно расходятся с позициями его предшественника. Например, Квирикашвили заявил, что обязательно будет посещать заседания Совета безопасности, что он обеспокоен ростом пророссийской пропаганды, что тема переезда президента Маргвелашвили в резиденцию на улице Атонели больше не рассматривается. Так как в составе правительства серьезных изменений не произошло и все внимание приковано к новому премьеру, на ваш взгляд, почему Гарибашвили сменили на Квирикашвили и чего вы ждете от нового премьера? Он будет более независимой политической фигурой, чем Гарибашвили?

- Думаю, более интересно то, почему не хватало уверенности словам Гарибашвили и Иванишвили. Осталось непонятным, какой логике подчиняется такая скорая отставка успешного премьер-министра?

Спонтанная отставка Гарибашвили, к тому же без объявления причин, указывает на то, насколько неприемлемым было его дальнейшее пребывание в этой должности для Иванишвили и правящей коалиции. Оказалось, что политическая деятельность Гарибашвили тоже была посчитана нецелесообразной. Это подтверждает тот факт, что Гарибашвили ушел не только с должности, но и из партии «Грузинская мечта». Ему не предложили никакой новой должности.

В заявлениях нового премьер-министра Георгия Квирикашвили можно частично увидеть причины ухода Гарибашвили. Например, приближающиеся выборы, напряженный политический фон в отношениях между властями и оппозицией, между правительством и президентом, что вызвало негативный международный резонанс.

Гарибашвили представил чересчур оптимистичный отчет о 3-летней деятельности правительства, в то время как новый премьер-министр самокритично признал, что многие предвыборные обещания не были выполнены, потому что были преувеличенными.

Три года правительство Гарибашвили твердило населению об успехах, но реальность такова, что общество не видит каких-либо ощутимых улучшений. Это подтверждают результаты социологического опроса и неуклонное падение рейтинга властей.

У Квирикашвили и его кабинета осталось всего 9 месяцев для деятельности и их главной функцией будет превенция резких социально-экономических проблем в стране до выборов, налаживание отношений с инвесторами и сохранение политической стабильности. Можно сказать, что на Квирикашвили взвалили функции «пожарного», а его такой быстрый взлет, разумеется, не произошел бы без Иванишвили. Эти и другие обстоятельства наталкивают меня на мысль, что Квирикашвили не сможет быть до конца независимым, но предпримет попытки создать впечатление независимого премьера.

- Часть наблюдателей считает, что уход Гарибашвили с политической сцены был предрешен еще тогда, когда Квирикашвили стал министром иностранных дел. Вы согласны с этим мнением? И еще, как заявил новый премьер, он готов конструктивно сотрудничать с оппозицией. Как вы думаете, это удастся Квирикашвили со всеми оппозиционными партиями?

- Как я отметил, дальнейшее пребывание Гарибашвили на посту премьера было невозможным для Иванишвили и правящей команды и это дошло до ушей самого премьера. Непонятно, как это могло быть связано с назначением Квирикашвили в МИД. Он и раньше был в правительстве и если было решено назначить его премьером, его могли пересадить в кресло премьера прямо из кресла министра экономики. Просто правящей силе нужна была такая компромиссная и имеющая опыт политическая фигура, которая приемлема для всех, в том числе и для внешних акторов. Среди потенциальных кандидатов Квирикашвили лучше всего отвечал этим требованиям.

Высокая степень политической поляризации в нашей стране давно является предметом беспокойства и критики со стороны наших международных партнеров, а публично озвученная новым премьером готовность конструктивно сотрудничать с оппозицией является сигналом о том, что власти готовы по возможности разрядить эту поляризацию.

Предположительно, от Квирикашвили мы не услышим такой крайне жесткой риторики в адрес оппонентов, которой так щедро одаривал нас его предшественник. Но словесная перепалка между парламентским меньшинство и премьер-министром показала, что конструктивно сотрудничать с «Нацдвижением» будет сложно, несмотря на то, что некоторые представители этой партии оценили примирительную риторику нового премьера.

Что касается вероятности сотрудничества с оппозицией в целом, однозначно ответить сложно. У Квирикашвили может быть готовность так или иначе наладить отношения до выборов, чтобы снизить политический градус, но насколько готовы к этому оппозиционные партии, большой вопрос. Еще остаются непреодоленными серьезные разногласия по ряду вопросов, особенно по поводу избирательного кодекса.

- С учетом того, что в 2016 году пройдут парламентские выборы, а рейтинг правящей команды не так высок, насколько вероятны очередные кадровые перестановки в правительстве до выборов и кого они могут коснуться?

- Кадровые перестановки обязательно будут. Общественность ждет этого, о чем уже заявил и премьер Квирикашвили. Самое главное, что необходимость кадровых перестановок подтвердил и Бидзина Иванишвили. Из правительства, вероятнее всего, отпустят тех, чье пребывание в должности политически невыгодно, в чьих сферах больше всего провалов и в чей адрес слышно больше критики. С должностью могут попрощаться и тем министры, у которых в команде самая низкая партийно-политическая поддержка.

- Что касается других тем - резко отрицательную реакцию в обществе вызвало назначение судьи Мурусидзе в апелляционный суд. Члены совета юстиции объяснили это решение, но факт, что их пояснения внесли в ситуацию еще больше туманности. Более того, сейчас актуальным стал вопрос самого совета юстиции, так как решение по поводу Мурусидзе серьезно ударило по репутации этого ведомства. Совет юстиции выступил как против государства, так и против общества. Ваш коллега Заза Пиралишвили считает, что «совет не только совершил моральное преступление, но и допустил крайне серьезную ошибку, так как они оскорбили наше чувство справедливости». Сегодня многие требуют распустить совет юстиции и избрать новый состав. На ваш взгляд, какое решение по этим двум вопросам является самым адекватным, оправданным и правильным с правовой и политической точки зрения?

- Негативный эмоциональный фон, который сопровождал это назначение, абсолютно логичен и понятен. На причинах я останавливаться не буду, потому что они всем известны. А вообще, совет юстиции не пользовался особо положительной репутацией и до назначения Мурусидзе. Во многом это было вызвано принятыми при прежних властях спорными решениями. В обществе сложилось мнение, что члены совета юстиции не были независимыми и руководствовались политическими мотивами.

Мурусидзе не смог бы набрать необходимое количество голосов, если бы не та поддержка, которую он получил от трех членов совета, назначенных властями. Это усилило подозрения, что его назначение произошло по политической воле властей. Их объяснения о мотивах принятия такого решения, на мой взгляд, выглядели неубедительно.

Вообще, когда новые власти начали реформу судебной системы, что подразумевало и реформу совета юстиции, у них было два варианта. Первый - радикальный путь, в том числе замена судейского корпуса, как это в свое время сделало «Нацдвижение». Второй, сравнительно умеренный, подразумевал сохранение судейского корпуса и его освобождение от имеющегося политического и другого давления. Власти избрали второй путь. Это предусматривает довольно сложный, долгий и противоречивый процесс. В отношении совета юстиции и судейского корпуса властям приходится учитывать много нюансов. Как вы сказали, «политически правильное» решение может быть воспринято как давление на суд со стороны политического руководства.

- Трудно представить, как будут развиваться события, но уже многие говорят о том, что избранием Мурусидзе судейский корпус предъявил властям свои условия. Об этом говорили и введенные большинством в состав совета юстиции новые члены, которые проголосовали за избрание Мурусидзе. Председатель парламента Давид Усупашвили посоветовал Мурусидзе уйти в отставку, как это сделал Гарибашвили. Если посмотреть на публичные объяснения самого Мурусидзе, вряд ли он собирается уходить в отставку. Хотя не исключено, что начнутся акции с требованием распустить совет юстиции...

- Роспуск совета юстиции - не такая простая процедура. Я не знаю, кто собирается проводить акции с таким требованием, но если это произойдет, то степень политизации процесса еще больше возрастет. Как я отметил, «Грузинская мечта» пошла на некоторый риск, когда решила сосуществовать с имеющимся судейским корпусом. Куда приведет нас этот процесс, пока сказать сложно.

Хотя перипетии вокруг судебных процессов по громким делам дают материал для анализа - насколько возможно в условиях имеющегося судейского корпуса обеспечить правосудие по высоким стандартам.

- В конце прошлого года бывший председатель комиссии по помилованию, независимый депутат муниципального собрания Тбилиси Алеко Элисашвили сделал скандальные заявления. Ему ответили депутаты Эка Беселия и Манана Кобахидзе, но безответных вопросов по этому делу еще очень много. Проблема кроется и в том, что пояснения прокуратуры по поводу показаний Элисашвили не внесли в вопрос ясность. Элисашвили потребовал прекратить депутатские полномочия Беселия и Кобахидзе до завершения следствия и создать парламентскую комиссию, но его требование правящая команда даже не рассмотрела. Хотя факт, что к этому делу существует высокий общественный интерес. Как вы оцениваете реакцию Беселия и Кобахидзе, правящей команды и прокуратуры на заявления Элисашвили?

- До завершения следствия и опубликования прокуратурой результатов я не считаю целесообразным углубляться в комментирование этой темы. А вообще, исходя из резонансности дела, на мой взгляд, было бы неплохо, если бы Элисашвили подкрепил доказательствами свои заявления.

- Как известно, в 2016 году пройдут парламентские выборы. Оппозиция требует от властей усовершенствовать избирательное законодательство. По вашим наблюдениям, стороны могут достичь консенсуса по этому вопросу?

- Последние два десятилетия избирательный кодекс и избирательная среда являются одной из главных причин противостояния между оппозицией и властями. Не стал исключением и этот избирательный цикл. До июня мы станем свидетелями острых дебатов на эту тему, несмотря на то, что в избирательный кодекс уже внесено несколько позитивных изменений. Например, в мажоритарных выборах барьер увеличился с 30% до 50%, но есть еще много других недочетов. Особенно это касается использования т.н. административного ресурса. Промежуточные выборы в Сагареджо, где кандидат от правящей команды победил именно с помощью административного ресурса, были явным примером этого.

Есть и другие недочеты. Например, почему некоторые партии, в том числе и представленные в парламенте, должны иметь привилегии и не собирать подписи сторонников для участия в парламентских выборах?! Возможно, за четыре года кто-то из этих партий растерял поддержку электората?

- Ваши коллеги высказывают предположение, что на парламентских выборах мы увидим новые лица. Возможно, пока еще рано говорить о том, кто в чьей команде может оказаться, но какой может быть внутриполитическая карта страны перед выборами 2016 года? Гия Хухашвили утверждает, что «сегодня власть лежит на улице, а политическая элита полностью разорена»...

- Известный американский политолог Ханна Арендт однажды отметила: «Революционеры лишь замечают, что власть лежит на улице, и поднимают ее». У нас есть политические силы, которым остался только такой путь. Их философия основана на том, что кто владеет улицей, тот овладеет и властью, и государством. Поэтому они пытаются создать в обществе такое ощущение, якобы власти парализованы, правительство недееспособно и т.д.

Да, к сожалению, в стране нет и за последние 20 лет не было утонченной политической элиты, которая бы пользовалась высоким доверием общества. Несмотря на то, что у сегодняшней политической элиты нет доверия общества, я не думаю, что власть лежит на улице. То, что за 11 месяцев до выборов 40-45% опрошенных не определились со своим политическим выбором, вовсе не является показателем того, что по мере приближения выборов картина останется такой же.

Что касается внутриполитической карты, у нас уже появляются новые игроки и их число может возрасти. Перегруппировка политических сил также может произойти, я не вижу в этом ничего тревожного. Конкурентная политическая среда повышает степень легитимности выборов и делает предвыборный процесс более интересным. Появление новых игроков больше всего беспокоит те партии, которые хотят установить монополию в сфере политики.

- Путин заявил, что Россия упростит визовый режим для граждан Грузии. Параллельно Россия ввела «Искандеры» в т.н. Южную Осетию, а также ратифицировала соглашение «о взаимопомощи» с Цхинвали. Очевидно, что в 2016 году Грузия углубит интеграцию в европейское пространство. На фоне этого, на ваш взгляд, как будут развиваться грузино-российские отношения? Что может означать размещение «Искандеров» - не то ли, что Москва может ударить по Сирии из т.н. Южной Осетии?

- Думаю, что упрощению или упразднению визового режима для граждан Грузии Кремль придает серьезную политическую нагрузку. Там могут считать, что этим они увеличат число сторонников России в Грузии и укрепят позиции пророссийских сил. За оставшееся до выборов время грузинские власти попытаются проводить в отношении России максимально осторожную и прагматичную политику, никаких особых изменений я не жду. Однако динамика международных процессов может внести некоторые коррективы в формат двусторонних отношений.

Модернизированный комплекс «Искандер» относится к классу ракет средней дальности и их появление в Цхинвали, разумеется, увеличивает угрозы в регионе. Руководство НАТО пока никак это не прокомментировало. Нет комментариев и со стороны минобороны РФ. Информацию об «Искандерах» распространило наше министерство обороны, поэтому, наверное, в ближайшее время стоит ждать больше информации по этому вопросу.

Как известно, у России осложнились отношения с Турцией. Авиаударов в Сирии уже тоже недостаточно. Установка «Искандеров» в т.н. Южной Осетии пока не подтверждена, но если это действительно так, то для Тбилиси это предупредительный сигнал.

Беседовал

Коба Бенделиани