Рамаз Сакварелидзе - Я считаю, что мы тратим лишние эмоции на нашу геополитическую ориентацию, этот вопрос решен
Об актуальных темах внутренней политики «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с психологом и политологом Рамазом Сакварелидзе.
- В преддверии выборов распалась коалиция «Грузинская мечта». Очевидно, что идея отдельного участия субъектов коалиции в выборах не принадлежала ни республиканцам, ни «Национальному форуму». Как вы оцениваете процессы, которые начались в грузинском политическом пространстве за полгода до выборов?
- Уточню ставшую стереотипом фразу «коалиция распалась». С 2012 года все субъекты коалиции, кроме «Свободных демократов», утверждают, что продолжат взаимное сотрудничество до истечения полномочий нынешнего парламента. Это означает, что коалиция сейчас не распалась, потому что коалиция подразумевает сотрудничество. Вместе с тем, они заявляют, что на октябрьских выборах коалиции не будет. На основании этого решения мы говорим, что «коалиция распалась», но не уточняем, что речь идет не о нынешней коалиции, а о будущей, что вызывает недоразумения. Например, некоторые требуют отправить в отставку тех действующих министров, которые не вступят в будущую коалицию.
Если сегодня коалиция существует, но на будущих выборах все ее субъекты будут баллотироваться независимо, то такой политический стиль в Европе разработан несколько десятилетий назад. Там в парламенте создается коалиция лишь в том случае, если ни одна партия не получила достаточное количество голосов для принятия решений. Затем формируется коалиционное правительство. Но срок полномочий коалиционного правительства истекает только после истечения срока полномочий парламента. Когда настает день выборов, все партии баллотируются независимо. Таким образом, степень претензий к партии становится зависимой от избирателей, а не от политических сделок.
Независимое участие партий на следующих выборах не означает распад нынешней коалиции, никто в Европе это не воспринимает как «распад коалиции». Лучше и нам это учитывать.
Теперь что касается колебаний, которые привели к тому, что партии будут баллотироваться в отдельности. Вы отметили, что эта идея не принадлежала ни республиканцам, ни «Форуму», что я считаю вполне логичным, потому что у них нет гарантированной поддержки среди общества.
По логике, остается единственная версия - коалицию «Грузинская мечта» развалила партия «Грузинская мечта». У нее были мотивы на то. Основную часть голосов избирателей получала партия «Грузинская мечта», но депутатскими и правительственными должностями она делилась с остальными субъектами коалиции. Таким образом, «Мечта» избежала сделок с партиями-партнерами и в то же время отказалась от создания парламентского большинства по принципу «локомотива», чем подчеркнула европейские стандарты демократии. Это решение я оцениваю положительно.
- Ваш коллега Сосо Цискаришвили считает, что распад «Грузинской мечты» стал необратимым после того, как в лоне коалиции появилась «евразийская фракция». На ваш взгляд, насколько велика вероятность того, что список «Грузинской мечты» составит именно «евразийская фракция»? Если это вероятно, то какие выводы можно сделать из этого, учитывая тот факт, что даже в самой России уже давно никто не говорит о Евразийском союзе?
- Я люблю Сосо, но истину люблю еще больше. Я не думаю, что появление идеи независимого участия в выборах является заслугой «евразийской фракции». Во-первых, часть этой группы осложняет жизнь и самим себе, участвуя в выборах отдельно от коалиции. Во-вторых, названная евразийской фракция, как и «североатлантическая фракция», всегда существовала в коалиции, но такого противостояния мы не ощущали. Думаю, это противостояние вылезло на дневной свет для того, чтобы создание будущей коалиции стало неприемлемым. Возрождение этого противостояния выполнило свою функцию и я сомневаюсь, что в будущем мы станем свидетелями политических разногласий в составе «Мечты».
Что касается термина, то вы правы - о Евразийском союзе забыли уже и в самой России. Наверное, Сосо не имел в виду конкретный проект, а просто указывал на тех людей, кто более критично настроен по отношению к Западу, чем к России. Перекос в сторону России у нас не является редкостью. Это итог множества факторов. Поэтому не исключено, что в «Грузинской мечте» есть и сторонники этой идеи, но мы не должны сильно беспокоиться из-за этого.
Даже если в парламенте окажутся 150 Путиных, западный вектор Грузии не изменится. На Западе политический и экономический уровень высок, поэтому все стремятся на Запад. Сегодня, в отличие от прошлых веков, Запад тоже хочет освоить нас. Сближение Грузии с Западом является естественным социально-политическим процессом, который не изменят конкретные люди. Поэтому я считаю, что мы тратим лишние эмоции на нашу геополитическую ориентацию, этот вопрос решен.
- Депутат Захария Куцнашвили заявил, что «Мечиаури противостоит курсу правительства». На ваш взгляд, попадет ли Мечиаури в список «Грузинской мечты»? Если нет, то нельзя ли предположить, что Куцнашвили и Мечиаури будут бороться за пост мажоритарного депутата Тианетского района?
- Мы говорили о том, что плохо, когда за счет популярности одного субъекта коалиции мандаты получают и другие субъекты. То же самое можно сказать и о пропорциональной системе выборов, где за счет популярности лидера партии в парламент могут попасть люди, которые независимо не смогли бы набрать столько сторонников.
Будь моя воля, я бы формировал парламент только по мажоритарному принципу. Поэтому я считаю, что лучше оставить жителям Тианетского района право самим выбирать между Куцнашвили и Мечиаури, чем если кто-либо из них пройдет в парламент под прикрытием партийного списка. Я хочу, чтобы вопросы всех спорных кандидатов решались в мажоритарном режиме.
- Как говорит социолог Валериан Горгиладзе, так как у многих партий «не прощупывается пульс», то на выборах 2016 года многие партии попытаются создать блоки. Предположительно, какие блоки могут возникнуть? Насколько велика вероятность того, что партии сгруппируются по идеологии и внешней ориентации?
- Если на основании политических позиций в блоки вступят те партии, у которых «не прощупывается пульс», то и сам блок может разделить «состояние» партии. Поэтому вероятно, что для максимальной мобилизации голосов партии могут отложить на второй план разницу во взглядах, как это произошло в 2012 году.
С другой стороны, мне кажется, что независимое участие в выборах «входит в моду». Если это предположение окажется правильным, тогда блоки не возникнут, тем более что они будут нерезультативными, так как политическая честь может стоить партиям намного больше.
- Валериан Горгиладзе считает, что «если тема внешней ориентации вновь станет актуальной, это будет содержать опасность... Главное, чтобы общество не разделилось на прозападную и пророссийскую части и внешняя ориентация не стала диктуемой повесткой дня». На ваш взгляд, будет ли на этих выборах актуальна тема внешней ориентации и содержит ли ее актуализация опасность?
- Так как в рамках данного интервью я в основном комментирую комментарии, то я стараюсь предложить и свои аргументы. Тема внешней ориентации, которая до сих пор беспрерывно муссировала в грузинской политике, оказывается медвежью услугу этой политике. Очень легко говорит о том, что Запад лучше агрессивной России. Поэтому политики выбирают этот легкий путь. Вместе с тем, они не уделяют должного внимания таким традиционным парламентским темам, как проблемы увеличения и распределения бюджета. Из-за этого в Грузии до сих пор не сформировались четко выраженные правые или левые партии и правила их действия.
Я сомневаюсь, что в какой-либо другой стране правые требуют социальных льгот или миллиардеры создают левые партии. Такие нормы в каждой стране формируются жизнью этих стран. Следовательно, если в нашей политике будет уделяться меньше внимания внешней ориентации, тем больше мы приблизим повестку дня к решению внутренних проблем, как это и происходит во многих служащих примером для нас странах.
- Большинство экспертов соглашается, что до появления Иванишвили в политике Саакашвили «расчистил» политическое поле и у него не было реальных конкурентов. Если в 2011 году политическое пространство было расчищено, то сейчас можно сказать, что оно излишне фрагментировано. Скорее всего, на выборах 2016 года будет очень много партий-аутсайдеров, но сейчас говорить о ярко выраженных фаворитах очень сложно. Я имею в виду, что какой-либо партии будет трудно набрать более 50% голосов. Вы тоже так считаете?
- 50%-ный барьер - это что-то новое, за ним последует много новшеств. Одним из новшеств будет множество вторых туров, потому что большим и маленьким партиям будет сложно преодолеть барьер. Я согласен, что выборы будут трудно прогнозируемыми, из этого следует, что сами выборы будут динамичными, а будущий парламент - многопартийным.
- Гия Барамидзе заявил, что «Нацдвижение» не исключает возможность создания коалиции. Но никто в партии это не подтвердил. Нетрудно догадаться, что в блок с «националами» могут вступить партии, приближенные к ним во время их правления. На ваш взгляд, что могут означать разговоры о создании блока со стороны «националов»?
- Часть аналитиков посчитала это заявление пиар-ходом. Возможно, это так, но нельзя исключать, что «националы» объединятся с теми партиями, которые при их правлении считались их сателлитами. Это больше похоже на поиск моральной поддержки, потому что большое количество голосов такой блок не наберет.
- Часть наблюдателей и оппоненты республиканцев и «Свободных демократов» утверждают, что этим партиям не стоит надеяться на преодоление 5%-ного барьера. По их словам, низкие шансы преодолеть барьер есть и у «Национального форума» и консерваторов. Уже известно, что ни республиканцы, ни «Свободные демократы» не собираются создавать коалицию. Более того, министры-республиканцы покинут свои посты лишь в августе. На ваш взгляд, какие шансы на попадание в парламент есть у партий, покинувших правящую коалицию?
- Они смогут преодолеть барьер лишь в том случае, если привлекут внимание избирателей, вызовут у них интерес. Для этого нужно энергично действовать по профессионально составленной программе. Перед избранием Бориса Ельцина на второй срок его рейтинг составлял 6%. Американские и российские пиартехнологи составили программу, которую Ельцин послушно выполнил и победил на выборах. Таким образом, нет ничего невозможного, но профессионализм и энергичность необходимы.
- По делу распространения скрытых видеозаписей прокуратура задержала пятерых бывших высокопоставленных чиновников Департамента конституционной безопасности, но сейчас главное не только то, по чьему заказу происходила запись таких кадров, но и то, связаны ли с их распространением иностранные спецслужбы и какую цель они преследуют. Можно ожидать, что на все вопросы по этому делу будет дан ответ?
- Многие иностранцы говорят, что кибер-террор трудно выявить и победить. Это труднее, чем победить простой террор. У иностранцев больше опыта в таких делах, я не могу спорить с ними, поэтому лишь добавлю, что возможное участие иностранных спецслужб еще больше осложняет ситуацию.
Поэтому я не считаю правильным ждать ответа на все вопросы по этому делу. Но не нужно впадать и в другую крайность - ссылаясь на сложность, избегать поиска ответов на вопросы.
Я сомневаюсь, что следствие, которое ведется сейчас, можно было провести сразу после обнаружения видеокомпроматов. Сейчас прокуратуру заставляет действовать возмущение общества. Поэтому на все вопросы ответы будут даваться в соответствии с тем, как продолжит общество давить на следственные органы.
Беседовал
Коба Бенделиани
