Сосо Цискаришвили - Европейская и американская реакция на примитивную попытку притеснить «Рустави 2» вызывает и удовлетворение, и печаль

Об актуальных темах внутренней политики «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с президентом Клуба независимых экспертов Сосо Цискаришвили.

- Сначала большая палата Верховного суда удивила нас, вынеся приговор по 8-томовому делу о «Рустави 2» за один день, затем на это довольно оперативно среагировал Страсбургский суд. Как вы оцениваете решение большой палаты Верховного суда, незамедлительную реакцию ЕСПЧ, госдепартамента США и других авторитетных международных организаций, а также реакцию властей на их решения и заявления?

- Европейская и американская однозначная реакция на примитивную попытку притеснить «Рустави 2» вызывает и удовлетворение, и печаль. Разумеется, нам приятно, что к событиям в Грузии небезразличны ведущие западные демократические организации. В то же время, когда мы слышим их строгое, справедливое и невиданное доселе негативное отношение к последним необдуманным шагам наших властей, разумеется, это вызывает у нас беспокойство.

Что касается реакции властей, нужно признать, что нашим прежним и нынешним властям чужда какая-либо самокритика. Таким образом, неудивительно, если они неадекватно реагируют на критику, или унизительно молчат.

- Сейчас многие говорят о разных способах выйти с честью из этого дела, но версии, которые публично обсуждаются, выглядят или чересчур оптимистично, или чересчур нереалистично. По вашим наблюдениям, как могут развиваться события по делу «Рустави 2»? Стоит ли ждать переговоров и сделки между сторонами или все останется в той же данности, которая возникла после решения большой палаты Верховного суда?

- Несмотря на то, что уже почти 10 лет - с 7 ноября 2007 года до 3 марта сего года - как реальные владельцы «Рустави 2» наложили вето на мое появление в прямом эфире этой телекомпании, я был и остаюсь их активным зрителем, сторонником талантливых журналистов, продюсеров и успешных телепроектов.

Если углубиться в анатомию этого конфликта, можно легко обнаружить, что борьба за право владения «Рустави 2» - есть ничто иное, как бесконечная политическая коррида фаворитов Михаила Саакашвили и Бидзины Иванишвили, в которой они по очереди меняются ролями быка и тореадора. Поражение в таких боях неизменно терпит молодая грузинская демократия, которая была вынуждена примерять мантию «мишакратии», а теперь - и «бидзинакратии»...

Сейчас в этой сложной ситуации оказалось привыкшее к давлению при любом режиме грузинское правосудие. Пристыженный суд, вместе со своими поющими в унисон девятью судьями большой палаты, утратил какую-либо функцию в процессе решения этой проблемы.

Факт, что до сих пор тема противостояния «Рустави 2» в основном рассматривалась в формате политической борьбы. Возможность сбалансировать ситуацию есть лишь при прозрачном обсуждении этой борьбы в бизнес-формате. Такое изменение формата приветствуют и те мнительные политики, у которых нет достаточно аргументов, чтобы доказать, что реальные владельцы «Рустави 2» желают телекомпании лучшего и не будут ее использовать для сеяния постоянной паники в целях достижения далеких целей.

- Оппоненты «Рустави 2» обвиняют телекомпанию и ее сторонников в том, что они планируют устроить в стране революцию. Вряд ли сторонники «Рустави 2» не осознают, что несмотря на множество проблем, в стране сегодня нет революционного настроя и его искусственное создание навредит как всему политическому процессу, так и их попыткам сохранить себе «Рустави 2». Главное то, как будут развиваться события после 8 марта. На ваш взгляд, насколько велика вероятность того, что дело «Рустави 2» станет причиной и поводом если не для революции, то для большой дестабилизации?

- Возможно, какие-то недееспособные политические субъекты мечтают о революции, но пока, к счастью, подобного настроя нет и не предвидится.

А ожидание дестабилиазации более реально, потому что кроме «Рустави 2» для недовольства есть и другие, более весомые причины. В частности, возрастающий уровень нищеты, разочарование избирателей после парламентских выборов 2016 года, угроза трансформации «Грузинской мечты» в ООО «Грузинская мечта» без изменения его владельца.

- Понятно, что сейчас речь идет только о вариантах новой редакции конституции, но если в новой конституции будут серьезно ограничены полномочия президента, то непонятно, для чего тогда проводить прямые всеобщие президентские выборы?

- Президент - символ добра и справедливости для любого государства. Это в сегодняшней Грузии возникло желание иметь молчащего, бесполезного президента, «приватизация» которого больше не будет недоступной для какого-либо неформального вождя.

- Факт, что в правящей команде, которая должна принимать изменения, активно говорят об отмене мажоритарной системы, речь идет о регионально-пропорциональных списках, но они не могут уточнить, на которых выборах это произойдет. Также предлагается принять изменения, которые запретят формирование блоков перед выборами, в то время как на выборах 2012 и 2016 годов сама «Грузинская мечта» участвовала в качестве коалиции, т.е. блока партий. Несмотря на то, что речь идет только о разных вариантах отдельных частей новой редакции конституции, на ваш взгляд, на что может указывать активно обсуждение этих тем в публичном пространстве?

- Мы оказались перед печальной реальностью - потому что, как видно, «Грузинская мечта» заразилась от «Нацдвижения» еще одной болезнью - «Все ради себя!». Такие необдуманные шаги лишь отдалят нас от благ публично оглашенной европейской перспективы и поощрят «заботящийся» о нас Кремль.

- Многие специалисты по конституционным вопросам говорят, что в новой редакции констистуции президент, как глава государства и верховный главнокомандующий, будет символической и номинальной фигурой. Кроме этого, ослабляется парламент и усиливается институт премьер-министра. Планы, связанные с президентом, объясняются отношениями правящей команды с Маргвелашвили, но непонятно, почему депутаты захотели сделать следующий парламент более слабым?

- Такое настроение парламентского большинства было прогнозируемым, потому что сразу после получения конституционное большинства все они публично радовались возникшей возможности отменить прямые выборы президента. Чуть позже мы услышали от грузинских политиков-теоретиков, в каких европейских странах есть такое законодательство. Но несмотря на большой интересы, мы не получили ответа на вопрос - каким европейским государством управляет неформальный правитель-миллиардер, который мечтает о скорейшей отставке непокорного президента страны?

Что касается возможного сокращения роли парламента, то возможно, бухгалтерские расчеты ООО «Грузинская мечта» показали, что дешевле заполучить любовь и верность 30 членов правительства, чем 130 депутатов.

- «Дело о цианиде» остается самой обсуждаемой темой. Факт, что чем больше мы узнаем об этом деле, тем больше вопросов возникает у общества. Приближенные к правящим кругам люди говорят, что сейчас в патриархии развиваются более прогнозируемые процессы, чем это было до «дела о цианиде». Хотя до сих пор неясно, какое дело раскрыла прокуратура. По вашим наблюдениям, чем завершится скандальное «дело о цианиде»?

- Каким болезненным бы не был конец этой темы, факт, что пока только прокуратура остается субъектом-правонарушителем. Исходя из длительного игнорирования высокого общественного интереса, а также прав обвиняемого и его адвокатов растерянной, мечтающей о своей независимости прокуратурой, как и ожидалось, установить истину и обрести долгожданное спокойствие поможет патриархия Грузии и единственный обладатель всеобщего доверия грузинского общества католикос-патриарх.

- Министр иностранных дел Австрии Себастьян Курц высказал мнение о возможном строительстве лагерей для беженцев в Грузии. Австрия сейчас председательствует в ОБСЕ. С учетом того, что господин Курц недавно находился с визитом в Тбилиси, интересно, обсуждал ли он этот вопрос с грузинскими властями?

- Немедленный, исчерпывающий и убедительный ответ на неожиданное предложение Себастьяна Курца разместить центры приема беженцев ЕС за пределами ЕС, в том числе и в Грузии, Египте и западнобалканских странах, дал чрезвычайный и полномочный посол Грузии в Австрии Константин Залдастанишвили.

Для страны, которая из-за нерешенных внутренних территориальных проблем еще не выполнила взятые перед Советом Европы обязательства по приему своих мигрантов прошлого века, разумеется, планам господина министра не суждено реализоваться.

Беседовал

Коба Бенделиани