Внешняя политика Еревана не будет ориентироваться только на Россию

О результатах парламентских выборов в Армении, о балансе политических сил после выборов и причинах новой европейской политики официального Еревана «ИнтерпрессНЬюс» побеседовал с руководителем Центра по глобализации и региональному сотрудничеству Степаном Григоряном.

- Как завершились парламентские выборы в Армении, где за 101 депутатский мандат боролось 1600 кандидатов в депутаты?

- Я бы сказал так: результаты выборов было легко прогнозируемыми, потому что у этих выборов не было суперинтриги. На это есть несколько причин.

От полупрезидентской модели правления государством Армения перешла к парламентскому правлению. Конституционные изменения были утверждены в декабре 2015 года путем референдума. До апреля 2018 года президент Армении будет выполнять свои полномочия, а его преемника уже выберет парламент.

Избирательный кодекс, который был принят в сентябре 2016 года, предусматривает довольно сложную пропорционально-мажоритарную систему и не соответствует такому избирательному кодексу, который есть в странах с парламентской моделью правления.

Несмотря на то, что в новой системе большая роль отводится партиям и их мощи, потому что парламент является единственным избираемым органом, который утверждает правительство и определяет политику, в нашей конституции все это хорошо прописано - но в избирательном кодексе речь идет не только о многопартийной системе, которую мы называем пропорциональной, но и о т.н. рейтинговой системе. Власти в лице Республиканской партии (РПА) пошли на этот шаг, потому что хотели продлить свое пребывание у власти.

В условиях довольно серьезного экономического кризиса в стране властям было бы сложно одержать убедительную победу. Для сохранения власти по их инициативе был инициирован переход к парламентской модели. Власти придумали т.н. рейтинговый порядок, что предполагает мажоритарную систему. По этой причине результаты выборов и безусловная победа правящей команды практически заранее были известны.

На выборах бы победил тот, у кого есть ресурс и деньги. Именно это я имел в виду, когда говорил о прогнозируемости. Окончательные результаты пока не известны, но уже ясно, что РПА наберет более 50% и сможет укомплектовать правительство без помощи других партий.

По результатам выборов, на второе место вышел блок «Царукян», в который также входили небольшие политические партии. Его лидером является миллиардер-олигарх Гагик Царукян, который считается одним из самых богатых людей на Кавказе.

5%-ный барьер преодолела партия «Дашнакцутюн», которая уже набрала более 6%, и блок «Выход». Они считаются демократичными и ориентированными на Запад партиями.

В парламенте ведущей силой будет правящая РПА. Блок «Царукян» - это скорее не политическая партия, а конгломерат богатых людей, которые в основном занимаются благотворительностью и решением социальных проблем. Я не думаю, что они будут участвовать в решении внешней политики Армении. Интересно, что «Дашнакцутюн» и сейчас входит в провластный блок, но в будущем парламенте у них будет своя фракция. Несмотря на то, что РПА не требуется помощь других партий для формирования правительства, я уверен, что партия «Дашнакцутюн» все равно войдет в правительственную коалицию.

- Уже известно, что на выборах победила РПА. До выборов президент Серж Саргсян говорил, что в случае победы этой партии, не исключено, что он станет премьер-министром. Каков баланс политических сил в парламенте и насколько велика вероятность того, что после истечения президентских полномочий Саргсян станет премьером?

- Многое будет зависеть от того, как будут развиваться события в течение одного года после парламентских выборов. Мой прогноз таков - я не думаю, что Серж Саргсян станет премьером. Его изберут председателем РПА, формально он не будет в исполнительной власти, но именно он будет управлять государством на самом деле.

С учетом того, что у РПА будет парламентское большинство, власть и так находится в их руках, поэтому нет никакой необходимости в том, чтобы Саргсян пересел из кресла президента в кресло премьер-министра.

Думаю, после парламентских выборов 2017 года в Армении будет такая же модель правления, как и при коммунистах. Реальным правителем Армении будет глава РПА Серж Саргсян.

- Кто рассматривается на пост премьер-министра?

- Карен Карапетян, который сейчас и занимает этот пост. Почему? В ходе предвыборной кампании не раз говорилось о том, что если на выборах победит РПА, то премьером останется Карен Карапетян.

Что будет через год, когда президентский институт утратит нынешние полномочия и преемника Сержа Саргсяна выберет парламент, сказать сложно, но сейчас парламент назначит премьер-министром Карена Карапетяна.

- Полномочия избранного парламентом президента будут серьезно сокращены?

- Да, у него останутся лишь представительские функции. После истечения срока Сержа Саргсяна, Армения полностью перейдет к системе парламентского правления.

- В последних выборах участвовать 72-летний экс-президент Армении Левон Тер-Петросян, который возглавляет «Армянский национальный конгресс» (АНК). На прошлых выборах он отказался от участия из-за возраста. На ваш взгляд, почему он участвовал на этот раз и сколько процентов набрала партия экс-президента?

- По предварительным данным, АНК набрал 2-3% голосов. На этот раз в состав этого блока входила левая партия Степана Демирчяна - сына бывшего первого секретаря ЦК Армении и вице-спикера парламента Армении Карена Демирчяна.

На мой взгляд, у них были шансы преодолеть барьер, но на этих выборах Левон Тер-Петросян предложил свои идеи и варианты решения карабахского конфликта. Они открыто говорили о том, что необходимо найти общий язык с Азербайджаном путем возврата территорий. В нынешней ситуации, когда агрессивная риторика Азербайджана на тему Карабаха становится все более заметной, армянские избиратели не согласились с такими предложениями экс-президента. На мой взгляд, именно поэтому АНК не смог преодолеть барьер.

Экс-президент Левон Тер-Петросян предлагал избирателям научиться находить общий язык с соседями и серьезно обдумать решение карабахского конфликта путем уступок. Я довольно смелый человек, но на фоне прошлогодних боевых действий между Азербайджаном и Арменией я бы не рискнул идти на выборы с такими идеями. Они рискнули и в результате общество отказало им в мандате доверия.

- Участвовал ли в выборах еще один экс-президент Армении Роберт Кочарян?

- Кочарян в выборах не участвовал. Были подозрения, что он косвенно поддерживает блок «Осканян-Раффи-Оганян», в который входят два экс-министра иностранных дел и один экс-министр обороны. По моим данным, в выборах он не участвовал. Более того, в день выборов Кочарян был в Москве.

На мой взгляд, его неучастие в выборах связано с тем, что ему есть что терять. По разным данным, состояние Роберта Кочаряна составляет от 3 до 5 миллиардов долларов.

- Уже давно в армянской политике важную роль играют выходцы из Карабаха, что никогда не встречали с восхищением в ереванских политических кругах. Что можно сказать об этом по итогам выборов - карабахская политическая группировка сохранила свои позиции в армянской политической элите или конфигурация сил претерпела определенные изменения?

- На мой взгляд, политическая группировка карабахцев сохранила свое влияние на армянскую политику. Это касается не только Роберта Кочаряна, Сержа Саргсяна и экс-министра обороны Сейрана Оганяна, которые родом из Карабаха. Это очень длинный список. Между прочим, нынешний премьер-министр Карен Карапетян тоже родом из Карабаха. До назначения на пост премьера он работал в Москве.

После войны роль бывших бойцов и полевых командиров в армянской политике была довольно велика. Особенно это ощущалось при президентстве Роберта Кочаряна. Это сохранилось и при Серже Саргсяне, многие министры родом из Карабаха, но сейчас эта кадровая политика проводится более незаметно.

- С учетом того, что партия Левона Тер-Петросяна, которая предлагала армянскому обществу мирный путь решения карабахского конфликта, не получила голосов, в карабахском вопросе серьезных изменений, как видно, ждать не стоит?

- Да, у АНК был шанс попасть в парламент, но этот путь решения карабахского конфликта оказался для народа неприемлемым.

Позиция РПА по карабахскому вопросу такова - мы готовы к переговорам, но не примем ультиматум Азербайджана. Позиция Баку выглядит так - сначала освободите территорию, а потом поговорим.

- Так как в Армении власти осталась в руках РПА, несложно догадаться, что политика по интеграцию в Евразийский союз и Таможенный союз сохранится...

- Спасибо за этот вопрос. РПА набрала довольно большую часть голосов благодаря тому, что в феврале Серж Саргсян находился в Брюсселе, встречался с руководством ЕС и НАТО. Армения парафировала в Брюсселе новое соглашение с ЕС. Вы наверно помните, что ранее Армения отказалась подписывать соглашение об ассоциации с ЕС. Это означает, что внешняя политика Еревана не будет ориентироваться только на Россию.

Ереван сделал определенные шаги в направлении НАТО и ЕС. По разным опросам, прозападный курс Армении поддерживает более 30% населения. Правящая команда убедила избирателей, что будет проводить прозападный курс.

- Несмотря на огромное уважение к вам, я хочу спросить - насколько велика вероятность того, что эти шаги в западном направлении окажутся всего лишь частью предвыборного пиара? Трудно поверить, что считающаяся стратегическим союзником России Армения начнет проводить на международной арене независимую от Кремля политику...

- С тех пор как ЕС и Армения парафировали новое соглашение, многие в Армении считают, что армянские власти в ноябре откажутся от подписания соглашения об ассоциации. Я так не считаю. Я уверен, что на этот раз Армения подпишет соглашение об ассоциации с ЕС.

Это произойдет не потому, что армяне очень наивные, а потому что после вступления Армении в Евразийский таможенный союз, экономика страны падает. Начали действовать механизмы, которые связаны с Евразийским таможенным союзом.

Экономика Армении успешно развивалась тогда, когда имела связь с европейскими экономическими структурами, Всемирной торговой организацией. Как только заработал Евразийский таможенный союз, все это начало разваливаться. Армянские власти пошли на сближение с Западом, потому что оказались перед другой реальностью.

- Вы хотите сказать, что Москва будет спокойно наблюдать за западным курсом Еревана?

- Насколько я понимаю, Москва отнесется к этому спокойно. Знаете, почему? Наши объясняют России суть тех проблем, о которых я рассказал, и пытаются сделать так, чтобы позиция Кремля была адекватной. Ереван просит у Москвы помощи, а Москва говорит, что ничем помочь не может. В такой ситуации Ереван попросил у России право на свободные действия. Россия в курсе наших проблем, эти вопросы обсуждались на высшем уровне и в Кремле знают, какие шаги сделал официальный Ереван на европейском направлении.

Дело в том, что на вопрос Еревана «Вы можете нам помочь?» в Москве ответили - «Мы ничем помочь не можем, у нас самих есть экономические трудности». Естественно, в условиях экономических санкции России приходится тяжело и в ближайшем будущем санкции останутся в силе. Поэтому я думаю, что шаги руководства Армении в европейском направлении будут более ощутимыми.

Беседовал

Коба Бенделиани