Если турки поддержат вопросы референдума, Анкара начнет сворачивать с пути, который называют республиканской Турцией Ататюрка

О возможных результатах запланированного в Турции на 16 апреля референдума и о том, какого соседа получит Грузия в случае утверждения вопросов референдума, «ИнтерпрессНьюс» побеседовал с профессором Батумского государственного университета, руководителем департамента востоковедения, тюркологом Эмзаром Макарадзе.

- 16 апреля в Турции проводится референдум, результаты которого определят, получит ли нынешний президент страны Реджеп Эрдоган еще больше президентских полномочий. Прежде чем попросить вас прояснить особенности политической системы нынешней Турции, было бы лучше начать беседу с того, какова ситуация в Турции после несостоявшегося переворота и в преддверии референдума? Против подозреваемых в перевороте власти приняли довольно жесткие меры. Недавно турецкие СМИ сообщали, что против турецких депутатов возбуждено 600 уголовных дел...

- После несостоявшегося военного переворота 15 июля 2016 года в Турецкой Республике внутренняя и внешняя политика страны оказалась в центре мирового внимания. В Турции начались массовые аресты, что, естественно, вызывает недоверие со стороны западных государств.

В результате несостоявшегося переворота погибло 290 и пострадало 1400 человек. Турецкие власти обвинили в организации несостоявшегося переворота проживающего в США турецкого теолога Фетхуллаха Гюлена, который отрицает какую-либо причастность к попытке переворота.

После несостоявшегося переворота в Турции с работы были уволены 110 тысяч человек, закрылись государственные и частные СМИ. Была запятнана репутация армии и нанесен ущерб ее авторитету. Можно сказать, что страна разделилась на сторонников и противников властей.

Эта ситуация придала властям очень важные рычаги и сейчас они получили возможность изменить конституцию, т.е. поставить под сомнение основные принципы, разработанные еще при Ататюрке (1881-1938), в том числе и секуляризм.

- Уже давно официальная Анкара и президент Эрдоган проводят политику, отличающуюся от политики предыдущих премьер-министров и президентов Турции. Это заметно как во внешней, так и во внутренней политике. По вашим наблюдениям, почему довольно большая часть турецкого политического класса, лидером которой сегодня является президент Эрдоган, практически заложила основу новому политическому курсу?

- До последнего времени в турецкой историографии было известно, что 29 октября 1923 года после установления в Турции республиканского правления начался новый политический курс, который основательно изменил жизнь страны и вывел Турцию на путь новых демократических ценностей.

Мустафа Кемаль Ататюрк учредил новую Турцию на строгих принципах секуляризма и европеизма. Политическая жизнь Турецкой Республики, со дня ее основания по сей день, во многом проходит под знаком борьбы между этими принципами и т.н. турецким традиционализмом, носящим религиозные признаки.

Но в начале 21-го века, в частности - на парламентских выборах 2002 года, после победы придерживающейся исламского направления «Партии справедливости и развития» и ее харизматичного лидера Реджепа Тайипа Эрдогана, в жизни республиканской Турции начался переход к новому политическому курсу.

- Каковы особенности новых тенденций в турецкой политике?

- На первом этапе «Партии справедливости и развития» во главе с Эрдоганом добилась впечатляющих успехов в развитии страны. Инициированные правящей партией и премьером законы по содействию инвестициям, ввод высокого налога на роскошь, резкий рост акцизов на табак и алкоголь и правильное и оперативное распределение полученных от этого финансовых ресурсов на развитие экономики принесло неплохие результаты.

Можно сказать, что эти успехи вскружили властям голову. Вместе с тем, десятилетия во главе власти увеличили авторитаризм и амбициозность Эрдогана. Благодаря фактору парламентского большинства, партия Эрдогана большей частью подчинила себе другие госструктуры. Своими радикальными решениями правительство практически обесценило смысл существования оппозиционного мнения и неприкрыто встало на путь исламизации страны.

Ведущая политическая сила в истории современной Турции смогла сделать почти невозможное. Она отстранила от политического руководства страны когда-то всесильную военную элиту и при широкой поддержке общественности совершила беспрецедентное - впервые в истории современной Турции в тюрьме оказались представители высшего генералитета страны. Вместе с ними в заключении оказались многие представители политической элиты - бизнесмены, журналисты, полицейские, судьи, прокуроры, общественные и политические деятели - те люди, которые препятствовали новому курсу властей.

- В западных политических и академических кругах часто говорят о том, что нынешний президент Турции и правящий политический класс практически проводит ревизионистские изменения против того политического курса, который начал проводить на обломках Османской империи Ататюрк. Более того, многие считают, что в ближайшем будущем Турция может перестать быть секулярным государством. На ваш взгляд, действительно ли турецкий политический класс отказался от пути Ататюрка и насколько велика вероятность того, что очень скоро Турция перестанет быть секулярным государством?

- Форма государственного устройства республиканской Турции основана на учрежденных Ататюрком мирских, секулярных государственных принципах, которые в истории известны как принципы Кемализма. Они просуществовали 79 лет и довели страну до 2002 года.

Острота и сложность нынешней политической ситуации заключается в том, что новый курс Эрдогана, мягко говоря, менее приемлем для воспитанной на секулярных традициях части турецкого общества.

Правящая «Партия справедливости и развития» своими действиями пытается ослабить имеющуюся ататюрковскую государственную систему и в то же время не растерять гражданскую поддержку.

«Партия справедливости и развития» вроде бы развивает идею «поистине секулярного государства», которая близка к швейцарской и американской моделям, предлагающим своим гражданам свободу религии.

Хочет ли на самом деле правящая партия создать секулярное государство, пусть даже в той слабой форме, которая строится на двух принципах: требование, чтобы ни один религиозный институт не выдавливал или заменял государственные исполнительные, законодательные или судебные органы, и чтобы у государства не было официальной религии - это означает, что законодательство не должно опираться на принципы и законы ислама.

- Реджеп Эрдоган заявил, что «16 апреля родится абсолютно новая Турция». Если население страны поддержит на референдуме серьезное увеличение полномочий президента Эрдогана, «какая новая Турция родится 16 апреля»?

- На этом референдуме избиратели должны будут проголосовать за 18 поправок.

Если турецкий народ поддержит поправки, то парламентское правление в Турции сменится на президентское и Эрдоган получит всю власть. Согласно изменениям, к 2019 году в Турции будет упразднена должность премьер-министра. Президент сможет издавать указы, вводить чрезвычайное положение, назначать министров и других высокопоставленных чиновников, распускать парламент, а также увеличит количество депутатов с 550 до 600 и проведет реформу Верховного суда Турции и Коллегии прокуроров. Президентский срок увеличится до 5 лет и станет возможным избрание на второй срок.

Если население поддержит вопросы референдума, после 16 апреля Анкара начнет сворачивать с пути, который называют республиканской Турцией Ататюрка.

- До референдума в глаза бросалась довольно жесткая риторика президента Эрдогана и его команды в адрес Европы. В частности, Эрдоган заявлял, что «если Европа продолжит вести себя так, то ни один европеец не сможет безопасно передвигаться в мире» и «бал-маскарад Европы завершился». Президент ЕС Жан-Клод Юнкер выразил надежду, что «не все турки являются маленькими Эрдоганами». Часть экспертов и политтехнологов объясняют эту риторику Эрдогана в адрес европейских коллег необходимостью мобилизации большей поддержки на референдуме. Предположительно, какую политику будет проводить официальная Анкара в отношении Европы и США?

- Со второй половины XX века Турецкая Республика занимает видное место во внешней политике США.

Основные изменения в турецко-американских отношениях начались с 2002 года, когда к власти в Турции пришла партия Эрдогана. Внешняя стратегия этой партии, автором которой был бывший премьер Ахмед Давутоглу, предполагала для Турции роль большой, независимой ото всех силы со своими геостратегическими интересами.

На современном этапе турецко-американские отношения являются наиболее важными, сложными и в то же время непрогнозируемыми. В отношениях преобладает неопределенность, а не сотрудничество. Это вызвано следующими причинами: 1. турецко-американские политические взгляды на пути и методы решения конфликта в Северном Кипре, а также турецко-греческие и турецко-армянские отношения.

2. Турция показала, что готова не поддерживать США в вопросах войны в Ираке и курдском вопросе.

3. В последнее время Турция нередко пытается проводить независимую от Вашингтона внешнюю политику.

Второй, не менее сложный вопрос - отношения Турции и Европы на современном этапе. С 1963 года Турция является ассоциированным членом еврообъединения, но полное членство из-за сопротивления ведущих европейских стран на данном этапе исключено. Мне кажется, что реальной причиной этого является не экономика, а размеры и исламская идентичность Турции. Последние события отложили этот вопрос на долгое время.

Если Турция хочет стать страной «мировой экономики первого ранга» и либеральной демократии, ей придется укреплять связи с США и Европой, что частично потребует от нее изменить свои внешнеполитические приоритеты и дистанцироваться от исламского мира.

- На ваш взгляд, какую политику будет проводить официальная Анкара в отношении НАТО? Как известно, в Турции находится 61 военная база НАТО... Но факт, что уже давно политика Анкары отличается от политики НАТО... Между прочим, в этом плане интересными оказались военно-морские учения Турции «Морская звезда 2017», в которых участвовали и страны НАТО, но с учетом того, что Турция играет решающую роль не только в безопасности акватории Черного моря. По оценке части наблюдателей, как и в других вопросах, Анкара пытается примерить на себя роль регионального лидера и подчеркнуть свою особую роль в системе безопасности...

- Несмотря на определенные различия интересов Турции и НАТО, маловероятно, что Турция перечеркнет 60-летнее сотрудничество с НАТО и свою гарантированную безопасность. Но это не мешает Турции, несмотря на критику со стороны НАТО, вести переговоры с Китаем и углублять отношения с тюркоязычными странами Центральной Азии.

- Если референдум 16 апреля завершится в пользу Эрдогана, какую политику будет проводить Анкара в отношении России? Еще недавно складывалось впечатление, что после недоразумения Анкара и Москва вновь подружились, но после ракетного удара США по силам союзника Москвы Башара Асада, на фоне протестов Кремля Турция приветствовала действия США...

- Политика Турции в отношении России в основном будет зависеть от того, как будет относиться к Турции новая администрация США. Думаю, стабильные отношения с США не вызовут у Турции желания искать убежище у России.

- Как будет действовать Анкара в вопросе Сирии? Предположительно, какие формы примет региональная конкуренция между суннитской Турцией и шиитским Ираном?

- В сирийском вопросе Турция оказалась невольным участником игры больших государств - России и США. Ракетный удар США по Сирии склонил Турцию на сторону Вашингтона. В этом вопросе Турция, можно сказать, колеблется, но исходя из курдского вопроса, у Турции в этой войне есть свои интересы, которые являются составной частью нового курса Анкары.

что касается конкуренции суннитской Турции и шиитского Ирана, сомнительно, что в нынешней ситуации она примет острый и серьезный характер.

- Какую политику будет проводить Турция в отношении Грузии? Насколько опасный вид может принять экспансионистская политика Анкары в плане Аджарии?

- Новый этап грузино-турецких отношений начался 30 июля 1992 года, после подписания соглашения «О дружбе, сотрудничестве и добрососедских отношениях».

Турция - сильный сосед и друг Грузии. За это время в обеих странах не раз менялась власть, но дружба и общие принципы добрососедства оставались неприкосновенными.

Турция и Грузия - суверенные государства, а в XXI веке думать о том, какую политику в отношении Грузии будет проводить Анкара, я считаю неприемлемым. Два государства проводили и, думаю, будут проводить такую политику, которая приемлема для демократических, цивилизованных стран. На официальном уровне никакого противостояния зафиксировано не было.

Что касается Аджарии в контексте экспансионистской политики Анкары, мне это кажется преувеличением. Я не верю, что в будущем этот вопрос сыграет отрицательную роль. Сотрудничество между Турцией и Грузией должно продолжаться, потому что оно нужно обеим странам.

Беседовал

Коба Бенделиани